Ранее в сериале...
Надо поговорить об избранном президенте.
Прекращай давать плохие советы.
Она не понимает,
мы сталкиваемся с реальной угрозой.
Ты летишь в Абу-Даби.
Операция Моссада.
Ты у нас Фархад Нафиси,
член иранской делегации.
Главная цель твоего визита —
переговоры по нелегальной оружейной сделке
от имени Корпуса Стражей Исламской революции.
Мы жульничаем по соглашению?
Параллельная программа с Северной Корей?
Ты это хочешь знать? — Мне нужен реальный ответ.
Из квартиры напротив,
кто-то наблюдает за тобой.
Я видел, возле окна,
такие маленькие ямки в ковре.
Куинн. Только не начинай.
Мне нужна запись разговоров
между двумя этими номерами
за сутки этой даты.
Заставь его встретиться с Хафизом.
Говорю же тебе, он напрочь отказывается.
Удали запись. Чего ты хочешь?
Секу Ба должен быть оправдан и отпущен к завтрашнему утру
или это будет на столе у генпрокурора.
— Это какой-то разводняк? — Никакого разводняка.
Прокуратура сняла все обвинения.
Что случилось?
Ты должен вернуться домой.
В Нью-Йорке произошел теракт.
Родина (Сезон 6 ) Серия 5 «Казус белли»
Первая революция —
это когда ты меняешь свой взгляд на происходящее
и видишь, что есть другая точка зрения,
которую тебе не показывали.
Жестокость в отношении протестующих,
превращение правоохранительной системы в военную.
Вот почему мы должны продолжать попытки.
Чтобы побороть терроризм, нам не нужно
полицейское государство в этой стране. Нам нужна новая стратегия.
Революция не будет транслироваться по ТВ.
...система бессрочного заключения...
ФБР и ЦРУ нацелены на мусульманские общины...
Охрана. У нас здесь буйный, непослушный пациент.
Отвалите от меня!
— Как его зовут? — Питер Куинн.
Ты не сможешь остаться дома, брат.
У тебя не получится подключиться, пустить в ход или отвертеться.
— Это очень опасное обвинение. — Русские
хакнули наши Комитеты.
Продолжение нескончаемой войны.
Вбей это в свою тупую черепушку.
Революция
посадит тебя за руль.
США продолжают вести
тайную войну с очень высокими ставками.
У меня есть обещания, и я не нарушу их.
Этот мир начался сразу после 11 сентября.
Революция не будет транслироваться,
не будет транслироваться. Её не будут показывать повторно,
братья и сёстры. Революция будет в прямом эфире.
Какое агентство?
Я не могу сказать это на открытом заседании, сэр.
Ты спасла меня.
Да.
Зачем?
Я не смог уснуть прошлой ночью.
Просто мне не спалось,
и я не знал почему.
Но потом я узнал.
Все мы узнали.
И чем больше я думаю о случившемся...
бомба взорвалась
на улицах Нью-Йорка, опять!
Чем больше я думаю, тем больше я злюсь.
Я здесь сижу, я так расстроен.
Что и говорить едва могу!
А вы чего ожидали?
Чего вы ожидали от того,
если ослабить бдительность,
если заявить всему миру,
террористическая угроза в прошлом?
Они там у себя в Ракке,
будут дожидаться конца света
и пасти своих коз!
Если перестать давать им отпор здесь, каждую минуту,
если вы так глупы,
то что вы получите?
Взрыв! Вот, что вы получите!
Мадам избранный президент, надеюсь, вы слушаете,
и если да, то слышите меня сейчас.
Это вы навлекли это на нас.
Вы.
И я не могу это больше терпеть.
Я не потерплю этого.
И я не один.
Я не один.
Если вы хотите драки, а похоже, что да...
Если вы хотите драки, вы получите её от меня.
По самое не хочу.
Это будет драка всей вашей жизни.
Никто не взял ответственность за нападение,
но следователи заявили,
что это акт терроризма.
Мы должны знать больше
после расследования полиции. — Мэм.
Кортеж на подъезде, мэм.
В нескольких минутах. — Вы уверены, что это необходимо?
Конечно. Пока мы не убедимся,
что терактов больше не будет.
Мне сообщили новые данные.
2 погибших, 6 раненых.
— Погибших двое? — Плюс водитель.
Не понимаю. Сказали, что взрыв был мощным.
Большинство людей ещё было дома.
Значит, нам повезло.
Я два года говорила стране,
что не слишком реагируйте на каждый хлопок.
Это был не просто хлопок.
— Чувствую себя дезертиром. — Если останетесь,
они выполнят свои обещания.
Поднимут нацгвардию, окружат отель.
Весь центр будет забит
вооруженными вояками.
Люди хотят знать, что вы в безопасности.
Мадам избранный президент.
Хорошо.
Только избранный президент, сэр.
Погодите. Он мне нужен.
Вас доставят раздельно.
Доставят куда? Куда мы едем?
Сообщат, когда мы прибудем на аэродром, мэм.
Езжайте. Встретимся позже.
Езжайте.
Я нахожусь на месте
самого разрушительного случая в Нью-Йорке
со времён 11 сентября.
По предварительным данным,
двое погибших и множество раненых.
Фрэнни, ты уже насмотрелась этого, хорошо?
Точное количество жертв
неизвестно, пожарные
и полиция продолжают работать.
В тоже время, мэрия готовится...
Это будет по телевизору весь день.
Сегодня и завтра,
и послезавтра, и послепослезавтра.
И они это делают не для того, чтобы рассказать людям что происходит.
Они это делают, чтобы запугать людей.
Но бояться нет причин.
Погибли люди.
Боюсь, что это правда.
И мы осторожны? Да.
Когда надо.
Но сейчас, мы дома,
и пора тебе собираться в школу,
как в любой обычный день.
Потому что мы с тобой в безопасности.
— А Куинн? — Что?
Куинн в безопасности?
Да, милая. Он тоже.
Эй, Куинн?
Мне нужно ответить.
Фрэнни нужно собрать рюкзак в школу.
Поможешь ей? — Конечно.
— Реда. — Слава богу.
Боялся, что ты не ответишь.
Мне звонили из ФБР, сказали, что приедут к нам в офис,
они приехали и показали ордер.
Погоди, что случилось? Расскажи.
Фургон, в котором была бомба.
Секу был за рулём.
Мам! Где мои цветные карандаши?
Ты слышала меня?
Наш клиент. Секу Ба.
Да, я слышала.
Мам!
Посмотри в своей комнате, милая!
— Кэрри? — Да, я здесь.
Я просто...
Я не верю.
Это правда.
Я смотрю сейчас на обломки по ТВ.
Откуда они уже знают?
Похоже, у них есть запись с камеры наблюдения,
которую ещё не обнародовали,
прямо перед взрывом.
Это фургон Секу, его маршрут.
Никто не может с ним связаться.
— Сэр. — Послушай.
Ты сейчас должна поехать к нему домой.
Ну, я не могу прямо сейчас.
Ты должна.
ФБР допрашивают его мать и сестру.
Надо убедиться, что они не наговорят чего плохого.
Реда, у меня дела с Фрэнни.
Я хочу отвезти её в школу, как в обычный день.
Школы закрыты сегодня. Ты что шутишь?
Весь город под изоляцией.
— Да, иду-иду. — Сэр, сейчас же!
Кэрри, съезди пока я не могу.
Хорошо. Хорошо. Я что-нибудь придумаю.
Бее, потому что, как видишь, он овечка.
Голубок, потому что он голубой.
И Прыг.
Прыг.
Отличное имя.
Я назвала его так, когда была маленькой.
Вот и всё.
Тебе нравятся кролики?
Да, нравятся.
Есть знаменитый кролик по имени Питер, как и я.
Питер Куинн?
Кролик Питер.
Ну, здравствуйте.
Можно я с ним поговорю?
Что-то не так?
Её школа закрыта, а у меня запара на работе.
Я позвонила няне,
но она приедет только через 45 минут.
Хочешь, чтобы я с ней посидел, пока она не приедет?
Я не маленькая!
Посидишь?
Принято. Она садится.
— Вижу её. — Всё чисто.
Сюда, мэм.
Когда прибудет мой глава АП?
Скоро.
А как мне с ним связаться сейчас?
Мы ещё налаживаем связь.
— Скажите, что это неправда. — Мэм.
Скажите, что это неправда. Скажите.
Сыночек.
Значит, мы оба думает,
что в одиночку он бы это не сделал.
Я не это сказала.
Я сказала, что он этого не делал. — Делал.
Камера наблюдения засняла
момент его подрыва,
вместе с тем, что было в радиусе трёх кварталов.
Хочешь посмотреть? — Нет!
— С кем он выходил на связь? — Ни с кем.
Он должен был с кем-то общаться.
Только с тем стрёмным информатором, которого вы подослали.
Так. Хватит.
Отойдём.
Она ничего не скажет без адвоката.
Правда? Ты так думаешь?
Твой клиент только что взорвал бомбу на Манхэттене.
Чудо, что только 2 человека погибло.
Насколько мы знаем, будет ещё один взрыв.
Как насчет небольшого признания,
что, возможно, ты немного ошиблась?
У меня сегодня днём
встреча с директором,
и всем интересно будет знать,
как этот говнюк, которого мы заперли,
вышел на свободу.
И, что ты им расскажешь?
Всё, включая как ты использовала ту запись
между мной и моим информатором, чтобы освободить своего террориста.
Поэтому мне нужно знать... та запись.
Как ты её получила?
— Я не могу сказать. — Нет. Скажешь.
Уверен, что из АНБ.
Если только у ЦРУ нет какой-то программы,
о которой я не знаю.
Отвечай! Как ты получила запись?
Я же сказала, что не могу сказать!
Представь, что на Манхэттене сейчас
сотни погибших.
А потом спроси себя,
почему ты тратишь время, ебя мне мозги.
Я не ебу тебе мозги.
Я просто не могу сказать.
Пошла нахер.
Ты меня слышала?
Тебе здесь не рады.
Мартин!
Убери её отсюда!
Одна картошка, две картошки.
Понял как?
Ну, почти.
Мне нужно увидеть ещё раз, чтобы правильно сделать.
Хорошо, будь внимательным.
Девять картошек, девять картошек, десять картошек.
Теперь ты.
Покажи ещё раз.
Хорошо.
Это, наверное, твоя крутая нянька.
Её зовут Латиша.
Здрасте. Мы ищем Кэрри Мэтисон.
Сэр, она дома?
Нет.
Кэрри Мэтисон работает в "Честном суде"?
Я сказал нет.
А что можете сказать о смертнике, Секу Ба?
Мы так понимает, что она защищала его.
Кто это?
Никто.
Мы ищем Кэрри Мэтисон.
Это твоя мама?
Пока мы летели президент повысил
протоколы безопасности для ключевых сотрудников.
— И я одна из них. — Конечно же.
Я так важна, что у меня нет телефона.
Чтобы не могли вас отследить, мэм.
Я сообщу, когда будет готова вторая защищенная линия.
Это Марджори Дил.
Она будет помогать вам. — Марджори.
Мэм, чего желаете?
Мой персонаж.
И телевизор, чтобы быть в курсе.
Он запускается.
В каком смысле?
Мы что кабельщика ждём?
Скоро всё будет.
Пока ничего, спасибо.
На улице, сэр.
Что я сказал в прошлый раз? Мне нельзя с тобой видеться.
Это насчёт бомбы.
При нашей прошлой встречи...
— Встречи? — Ладно.
Я устроила засаду, чтобы ты достал мне запись
разговора между информатором
и его куратором из ФБР.
Тот разговор
касался моего клиента, Секу Ба.
— Погоди, что? — Секу Ба.
Они говорят, что он был за рулём взорванного фургона.
Да, я уже в курсе этого.
И благодаря тебе его выпустили?
Благодаря записи.
Куратор сказал информатору
уничтожить улику.
И всё дело рухнуло.
То есть, он просто вышел?
Пиздец.
Очевидно же, что я не знала, что будет дальше.
Я о взрыве, до сих пор не верю.
Но так как Секу выпустили из-за записи,
это важная улика в расследовании теракта.
Я сказала ФБР,
что не скажу как я её добыла, и не стану, но...
— Это был не я. — Ну, да.
Но...
Проблема в том,
что они догадываются, что она из АНБ.
Твою организацию ждёт проверка,
поэтому просто слов будет не достаточно.
Я ничего не давал тебе. Правда.
Ты пришла ко мне,
попросила нарушить 50 законов.
И я сказал нет.
— Да, но... — Нет. Нет. Никаких "но".
Я ничего не делал.
После того, как ты надавила на меня, в старые добрые времена.
Я сделал именно то, что должен был.
Я написал отчёт и передал его вверх по цепочке.
Из-за чего бы не отпустили этого парня...
Кэрри, это пришло не от меня.
Моё мама сделала что-то плохое?
Нет.
Тогда, почему все эти люди злятся на неё?
Они не злятся на неё.
Они выглядят злыми.
Ты знаешь, ты всегда...
в безопасности со мной, да?
Чёрт.
Латиша!
Привет. Латиша.
— Питер Куинн. — Привет. Так, так, так.
Ну, и народу у вас здесь!
Они сказали зачем они здесь?
Они хотят поговорить с Кэрри.
Они же знают, что её нет, да?
Я сказал им, но они остались.
Ну, вот, что мы должны сделать.
Погоди секунду.
Сэр, мы ищем Кэрри Мэтисон
для комментариев по теракту.
Можете ей сказать?
Её здесь нет!
Можете сказать ваше имя?
Вы здесь живёте?
Вы здесь не живёте?
Сэр?
Вы знакомы с подрывником Секу Ба?
Можете что-нибудь рассказать о нём?
Сэр. Спасибо. Нам нужны комментарии...
Хорошо, сэр. Вы не хотите говорить.
Я поняла это.
Отпустите меня, и я отстану от вас.
— Кто ты такая? — Тина Мейер, RCB ньюз.
Господи... — Как ты нашла это место.
Кэрри Мэтисон защищала Секу Ба.
Это доступная информации.
Кто-то позвонил в редакцию,
и сказал, что здесь будет митинг.
— Кто? — Кто-то, я не знаю.
Он живёт через...
Это... это он?
Я не знаю.
Пожалуйста.
Пожалуйста!
Скажи своим людям, чтобы убирались!
Это не мои люди!
Скажи им!
Думаю, мне стоит взять Фрэнни домой.
Она... она дома.
К себе, в смысле.
Кэрри сказала быть здесь.
Это было до появления всех этих людей.
Я обещал.
Давай позвоним Кэрри
и посмотрим, что она скажет, хорошо?
Не хорошо.
Они слушают.
Мадам избранный президент.
Мы ожидали кого-то другого.
Свой персонал.
Они будут здесь как можно скорее.
Их окружила пресса.
Нелегко выбраться.
У меня нет с ними связи.
Повышенные протоколы безопасности, знаю.
Поэтому я привёз вам его.
Он работает через SIPRNet.
Вы можете говорить с определёнными людьми в Белом доме,
включая президента.
Спасибо.
Это для начала.
Прошу.
Я хочу проинформировать вас по поводу теракта
и о паре плачевных фактов, которые вы должны знать.
Подрывника звали Секу Ба,
американский мусульманин нигерийского происхождения.
Он недавно был освобожден
из СИЗО,
где ожидал суда по делу в терроризме.
Погоди. Он был у нас под стражей?
Да.
Его защищала на безвозмездной основе
одна НКО из Бруклина.
Они разрушили дело из-за процессуальных оснований.
Но вы должны кое-что знать.
К несчастью, один из наших бывших офицеров
работает в этой НКО
и очень тесно связан с делом.
Кэрри Мэтисон.
У нас нет оснований полагать,
что она могла предвидеть теракт,
но мы изучаем это.
А пока,
уверен, что вы понимаете,
что не стоит высовываться.
Как долго?
Мэм, суть в том, что взрыв произошел
в менее чем в 20 кварталах от вашего отеля.
Вы же не хотите сказать, что он направлялся ко мне.
Мы ещё не знаем.
Слава богу, что он не достиг пункта назначения.
Но это был человек, который ненавидел правительство США.
Вы — ведущий символ этого правительства
в Нью-Йорке на данный момент.
И с возможностью наличия его сообщников,
я прошу действовать с предельной осмотрительностью.
Итак.
Это всё.
Я могу вам что-нибудь ещё предоставить?
Нет.
Уверены?
Телевизор.
Я уже просила. Не уж так сложно достать?
Я подам запрос по пути назад.
Уже уезжаете?
Сол Беренсон возвращается из Тель-Авива.
Хотел его встретить.
Но если я вам нужен...
Нет.
И спасибо за это.
— Террорист! — Террорист! Террорист!
Террорист!
— Он подстрелил меня! — Вставай!
Я хочу к мамочке. Я хочу к мамочке.
Пожалуйста.
Пожалуйста. Отпусти нас найти её маму.
Там небезопасно.
Спуститесь вниз и не маячьте.
Всё хорошо.
Всё для безопасности ребёнка.
Здесь есть ванная.
Закройся там,
пока я не скажу, что можно выйти.
Да.
Это я, снова. Кэрри. Не вешай трубку.
— Где ты? — Я не могу сказать.
Есть много чего, что я не могу сказать по телефону,
но ты должен кое-что знать.
Насчёт записи, которую я играла тебе,
о которой мы говорили раньше.
А что с ней?
Она не от моего источника.
Я не понимаю. Как ты её тогда получила?
В том то и дело... я не знаю.
Какая-то третья сторона замешена.
Я не представляю кто.
Но кто бы это ни был,
они доставили её прямо на мой стол.
Ты меня слышишь? — Да.
Кто бы это ни были,
они знали, что я бы использовала эту запись,
чтобы освободить моего клиента.
Они хотели, чтобы Секу Ба выпустили.
Нам нужно срочно встретиться.
Подожди.
Ты в курсе, что творится у тебя в доме?
А что, что такое?
По телевизору показывают.
Они называют это ситуацией с заложниками.
Мэм, не останавливайтесь.
Я здесь живу. Там моя дочь.
Кто главный? — Ясно, идёмте.
Понял. Красная команда прорыва, готовы выдвигаться.
Шеф, она говорит что живёт здесь.
Да, я здесь живу. Кэрри Мэттисон.
Что происходит?
Стрелок захватил двух заложников —
маленькую девочку и женщину-латинос.
Это моя дочь. И её няня.
А этот парень? Вы его знаете?
Его зовут Питер Куинн.
Он живёт с нами. — Что ж, он выстрелил в человека.
Ага, который... который швырял в него камни!
Я слышала об этом по радио.
— Он мог его убить. — Если бы он этого хотел,
поверьте, тот парень был бы мёртв.
Слушайте, я не знаю
что по-вашему происходит,
но вы должны кое-что понять.
Тот человек — американский военный,
с тяжелейшим посттравматическим синдромом,
вышедший их психиатрический клиники,
и вот это всё делает ему только хуже.
Дайте мне войти и поговорить с ним.
Он уже взял двух заложников.
Я не дам ему третьего. — Говорю вам —
они не заложники, и он не стрелок!
Утром когда я уходила,
я попросила его защищать мою дочь.
И он защищает!
От людей которые швыряют камни,
от этой армии которую вы сюда притащили.
— Вы этого не знаете. — Ещё как знаю!
— Вам нужно... — Куинн! Куинн!
— Куинн! — Вам туда нельзя!
— Пропустите меня! — Вам нужно успокоиться!
Позиция стрелка подтверждена.
Давайте начинать.
Начинать что?
Что начинать?
Нет! Не нужно этого делать!
Этот человек – высокообученый спецназовец.
Если вы войдёте в здание, погибнут люди!
Мэм, вам нужно пройти со мной.
Вы меня слышите? Там моя дочь!
Отвалите!
Отходим! Отходим, отходим!
Уходим! Уходим!
Валите нахуй!
— Ты не хочешь этого делать! — Заткнись!
— Что они там делают? — Отвалите! И закройте за собой!
Вытащите его! Вытащите!
Отставить! Отставить!
Повторяю, отставить! Живо убирайтесь оттуда.
— Отставить! — Чёрт побери!
С возвращением.
Ну...
вот так сюрприз.
Мне всё равно по пути,
я докладывал избранному президенту по Милбруку.
Как она перенесла? Взрыв?
Я бы сказал, она ещё переваривает.
Хотя ты бы сказал, что она... не отстранилась,
а стала немного более открытой.
Открытой тебе.
Реальности.
Ну, как твоя сестра?
Длинная история.
Время у нас есть.
Меня там подхватил наш общий друг Этай.
Ты наверное это знаешь.
О да.
Он во всеоружии.
Говорит, ты был совсем не откровенен.
Разве?
Как мы, кстати, их получили?
Доказательства, что Иран жульничает по ядерной программе?
— Моссад. — Какое подразделение? Разведка?
А что, в чём проблема?
Ну, ты мне скажи.
Я приехал в Абу Даби, где они заставили меня допросить
того иранского финансиста, Нафиси, которого они поймали.
Ты сказал, что он лгал.
Да, и может быть не только он.
Потому что потом, когда я пускал бумаги в шреддер,
я увидел...
золотую пачку от сигарет, которые курил Нафиси,
в таком месте, в котором её точно не должно было быть...
в комнате, которую мы использовали только для видеонаблюдения,
в комнате, в которую Нафиси никогда не заходил.
По крайней мере когда я там был.
И ты думаешь...
Об очевидном.
Моссад должны были в этой комнате его инструктировать
перед моим приездом –
что говорить, как себя вести, ну знаешь.
Думаешь, всё это было игрой?
Это реальная возможность.
Жду подтверждения.
Какого подтверждения?
От Джавади.
Я встретился с ним на Западном Берегу.
Вот для чего была эта история с поездкой к сестре.
Ты, скорее всего, военный.
Где служил?
Армия? Флот?
Я служил.
Я тоже.
Рад за тебя.
Что с тобой случилось?
Тебя, походу, ранили.
Знаешь, когда я вернулся,
я прочел через всякую херню.
Но я понял.. — Заткнись.
Люди могут быть очень сочувственными.
Мы пошли в спецназ, потому что это наша работа.
Никто не хочет навредить тебе.
Я хочу уйти.
Фрэнни, возвращайся обратно.
Уведи её.
— Отпусти нас. — Отпусти их.
Так ты покажешь, что никому не хочет навредить.
Фрэнни, вернись в ванную.
Вернись обратно.
У тебя есть я.
Отпусти их.
Фрэнни, вернись. Фрэнни, живо!
Фрэнни, идём.
Я хочу уйти.
У вашего гостя.
У него Glock 17.
Знаете, что это такое?
Да. Что ещё?
Автомат M4 и 180 патронов.
Значит, мы можем согласиться, что не хотим начинать войну.
Можем соглашаться в чём-либо.
Сейчас главное — тот парень внутри.
Повторюсь. Я хочу поговорить с ним.
— Хорошо. — Одна.
Вы останетесь здесь.
Ладно.
Эй, Куинн?
Куинн?
Это я.
Эй, Куинн.
Я даже не знаю с чего начать.
Это... это такой пиздец.
Я...
Я так понимаю,
что ты защищаешь Фрэнни, да?
Потому что я об этом тебя просила,
когда уходила утром.
И я сказала об этом здесь всем.
Мне не стоило вас одних бросать.
И мне так жаль.
Но я...
я так радовалась,
когда видела вас двоих вместе.
Правда. Это было...
Это было...
Самое лучшее чувство, которое я испытывала за последние дни.
Так что... это я виновата, ясно?
Но это не значит, что я знаю, как всё исправить.
Я лишь знаю, что мне нужно увидеть дочку.
Я должна убедиться, что с ней всё хорошо.
Поэтому, я сейчас зайду, хорошо?
Только я.
Куинн?
Пусть они все уйдут.
Я знаю.
Я им то же самое сказала.
Они не ушли.
Они разрешили мне. Они хотят закончить всё.
Где она? Где Фрэнни?
В ванной с женщиной.
С Латишей?
Они в безопасности.
А полицейский?
Он не полицейский.
Куинн, скажи, что он в порядке.
Он не может дышать.
Куинн, он задыхается!
Эй, шеф! Посмотрите-ка сюда.
Что там?
Нательная камера Маркуса снова включилась.
Да, есть. Смотрите.
Мы всё видим.
Звук есть?
Не стоило тебя впускать.
— Почему? — Мы слишком много знаем.
Они нас не отпустят живыми.
Слышишь?
Мама, мамочка. Я хочу уйти.
— Я знаю, милая. Как и я. — Мне нужно позвонить Франциско,
сказать ему, что я в порядке. — Нет. Это плохая идея.
Держи. Напиши ему.
Не ухудшай ситуацию.
Всё в твоих руках.
Заткнись!
Мамочка.
Да, дорогая?
Когда мы сможем уйти?
Когда я выведу Куинна отсюда.
Произошло большое недоразумение,
и ему нужно объясниться.
Так, все три женщины находятся сейчас вне зоны огня.
Это наша возможность, но действовать нужно быстро.
— Разрешаю. — Так точно.
Так, парни. Слушайте сюда.
Вот, что мы делаем.
Подтвердите вашу позицию. Как приняли?
Альфа подтверждает.
Идите в душ. Идите в душ.
Головы прижмите.
— Вернись в ванную. — Куинн, опусти оружие.
Они сказали, что не будет штурма. Они пообещали.
Я же говорю тебе. Живыми нас не выпустят.
Назад!
Они следят за нами.
— Кто? — Через дорогу,
уже как неделю.
Нет, Куинн. Никто за нами не следит.
Мы проходили через это. Ты мыслишь нетрезво.
Эй. Посмотри на меня. Посмотри на меня.
Это всё... всё одно недоразумение.
Нет, это не так.
У меня есть доказательство.
— Входим! — Нет!
— Вперёд! — Нет!
На пол! На пол!
Живо! На пол!
Он лежит! Он лежит!
Лежать. Вперёд!
— Чисто! — Чисто!
— Не бейте его! — Вперёд!
Вывести его.
Проверить заложников.
Мамочка.
Не двигайся.
Принял. Браво, чисто.
Оружие изъято!
Роб Эммонс...
Э-М-М-О-Н-С.
Какой список?
Как он не может быть в списке?
Он глава моей администрации.
Стойте. Стойте.
Нет, нет, нет, нет.
Мне надо поговорить с ним.
И вы должны обеспечить это.
Алло?
... все эти саммиты ООН,
и она пожимает их грязные руки,
испачканные американской кровью.
И эта женщина...
Она усмехается этой дурацкой ухмылкой,
веря всему, что они говорят.
Она клюет на всех их обещания
сделок и договоров, и глобального сотрудничества,
и она приглашает их в наши города.
Эй, красавица.
Мне так жаль, что ты через это прошла.
И я заглажу свою вину, хорошо?
Пусть на это хоть и уйдёт вечность.
Обещаю.
Кэрри.
Эй, милая.
Встанешь и пойдём в машину?
Милая?
У неё был трудный день.
Уверена, что мы можем остаться у вас?
Да. Пусть увидит кого-то дружелюбного.
Это всего на пару дней.
Я приеду как только смогу.
Больше часа не займёт.
Мама! Мамочка!
Да, я здесь, Фрэнни.
Привет.
Куда мы едем?
К Латише увидеть Кая.
— Ты едешь? — Да. Скоро буду.
Мне нужно собрать нашу с тобой одежду,
и потом сразу приеду, хорошо?
Возьмёшь Прыга.
Хорошо.
Я ему нужна.
Я знаю, что нужна.
Знаете, как они назвали это...
"Побег из Нью-Йорка".
Потому что пока жители
разбирались с этим ужасным терактом,
избранный президент сбежала в "безопасное место".
До сих пор не раскрытое.
Генерал, 11 сентября вы были в Пентагоне.
Так точно.
Самолёт прилетел вам прямо в окно вашего кабинета.
Куда вы бежали?
— Мы не бежали. — Именно.
Вы стояли на своём.
А эта женщина рассказывала нам
со времён её предвыборной кампании...
"Не реагируйте слишком", и где она сейчас,
она даже сама своему совету не следует.
И мне вот интересно...
вы будете за неё сражаться, генерал?
Я сражаюсь за свою страну.
Тогда я с вами.
Синхронизация и правка n17t01 www.addic7ed.com
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. Его статус: перевод редактируется
Переведено на Нотабеноиде http://notabenoid.org/book/67402/355589
Переводчики: MuJI, twelve