Кому вы верите? Откуда вам это известно?
По тому, как они приходят? Или что говорят?
Ты когда-нибудь лгал мне, Натаниэль?
— Что они делают? — Нет.
Кто тебе рассказал о связи Шломо Захари с Хезбаллой?
Я не могу тебя этого сказать.
У всех нас есть секреты.
Но иногда,
очень редко…
Я знаю твою тайну, Эфра.
происходит что-то, что не оставляет тебе выбора…
кроме как раскрыть их.
Твоя тайна в сохранности?
Нет.
Но по большей части мы лжем.
Мы прячем наши секреты друг от друга,
от самих себя.
И когда ты задумываешься об этом…
Кто отец Касима?
странно, что мы вообще кому-нибудь доверяем.
8 ЛЕТ НАЗАД
А как насчёт прав палестинцев?
О каких палестинцах вы говорите?
О тех, над которыми властвует Палестинская администрация,
и о тех, кто под властью ХАМАСа?
Потому что ХАМАС, которая управляет сейчас Газой,
не только не признаёт, что израильское государство существует,
но и пускает ракеты в эту страну, чтобы доказать это.
Последствия несопоставимы. Вы говорите о «Давиде и Голиафе».
Как последствия могут умалять намерения? Не понимаю.
И если затронули «Давида и Голиафа»,
то хотя бы свою историю истолковывайте верно.
Голиаф — уроженец Газы.
Вы всё спорите,
потому что истинно израильский апологет,
или это просто главный изъян евреев?
А вы это спрашиваете, потому что вы на самом деле антисемит,
или просто характер дерьмовый?
Рыба была вкусная.
— Почему ты ничего не сказал? — А что надо было?
Ты эксперт по Ближнему Востоку, Хью.
Мог бы хотя бы разрядить обстановку.
Это не моя работа. Я лишь предоставляю другим информацию.
И лишь они решают, что с ней делать.
И вот так такие, как ты, послали нас на войну в Ираке.
И так ты отделяешь себя от проблемы.
Ты в этом очень преуспел.
Знаешь, на что бы я посмотрела?
На тебя, связанного с проблемой,
из-за которой постоянно бесишься и потеешь.
— Что, как те два идиота? — Как будто для тебя это важно.
Смело сказать то, что думаешь.
Прежде чем получить пулю в лоб?
По крайней мере, мы бы знали, что ты кого-то поддерживаешь.
Мы? Кто это «мы»?
Я. Тогда я бы знала.
Дорогая, ты мою страховку продлевала?
— Что? — Понимаешь ли.
Для мученика есть лишь один исход.
Смерть.
Благодарю тебя.
Не бойся.
Я в безопасности.
Я не могу этого сделать.
Если это цена… за страну.
8 ЛЕТ НАЗАД
Вот и она.
Маленькая Юдифь, названная в честь своей прабабушки,
которая покинула этот дом и жизнь слишком рано.
Слишком рано, но чья потеря научила нас идти дальше
и превозмогать все трудности и испытания,
и, возможно, именно поэтому мы её также называем Удача.
Ведь во всех жизненных невзгодах
нам всегда нужно немного удачи.
Не хочу вас слишком задерживать.
Встать между Шломо и тарелкой еды —
угроза библейского масштаба. — Верно.
Но хочу использовать возможность, чтобы…
сказать несколько слов.
5 лет назад я официально принял бразды правления Stein Group…
мой отец мудро предполагал,
что к 28 годам я, наверное, растрачу всё состояние,
живя так, словно я... Джордж Клуни.
Но...но, даже сделав это,
Я знаю, что то, что решили сделать с компанией, было настолько радикальным
и, в глазах многих людей, настолько ужасающим,
что мы потеряли многих друзей...
вот почему видеть вас здесь сегодня,
в доме моего отца,
много для меня значит.
Вы отнеслись терпимо...
и мы знаем это.
Но, есть одно «но»...
Я также надеюсь и верю, что удача улыбнётся и нам.
Семена инвестируемой нами образовательной программы
начинают давать первые всходы,
предоставив финансирование как в Израиле, в восточном Иерусалиме,
так и на Западном берегу, мы увидим наш первый урожай выпускников в следующем год?
и, в связи с этим, на следующей неделе Несса отправится на Западный берег,
чтобы официально открыть наш факультет ИКТ,
пока наш дорогой друг Шломо Захари
подготавливает к запуску первую фазу
нашей сети линий связи, которая свяжет все это вместе.
Спасибо.
И сейчас, когда я стою перед моей… прекрасной маленькой дочкой...
и все мы замечательно
притворяемся, что она не плачет, хотя на самом деле плачет.
Я хотел бы напомнить вам, что,
также идеалистически и безрассудно, в чём меня и обвиняло столько людей,
мы остаемся полностью приверженными нашим идеям
и теперь мы начинаем преуспевать.
Наша удача осталась с нами. — Безумный мальчишка.
Сколько раз я говорил тебе? Не проси об удаче. Никогда!
Удача — красивая женщина, от которой отказываешься,
потому что знаешь, что никогда её не получишь.
И тогда, может быть, она коснётся твоего плеча.
И все это я знаю
потому, что женат на ней.
— Шломо! — Да.
Ты закончил? Закончил?
Если ты будешь продолжать такие речи, мы все закончим!
Дамы и господа, хватит меня.
Угощайтесь. — Давайте-ка поедим!
♪ Клезмер — народная музыка ♪
♪ Abraham Goldfaden — Rozhinkes mit mandlen («Изюм и миндаль») ♪
Привет.
— Ты в порядке? — Да.
Даже сейчас, думаю, могу увидеть её в Майзеле.
— Эфра. — Правда.
Ты не против, что это я произношу все эти речи?
Нет, меня это устраивает.
— Это была твоя идея. — Другим представляешь ты её лучше.
Правда?
В любом случае, право первородства —
горе той маленькой еврейской девочке, которая встанет у него на пути.
...ранее сегодня Израиль приветствовал… Я горжусь тобой.
…освобождение солдата… Спасибо.
…из Армии Обороны Израиля. Папа тоже гордился бы.
Палестинская администрация,
которая требует договориться об освобождении израильского солдата,
настаивают, что освобождение было односторонним жестом доброй воли.
Эта позиция была подтверждена сегодня
повторным публичным отказом Израиля вести переговоры с террористами.
Да, думаю, гордился бы.
НЕДЕЛЕЙ ПОЗЖЕ
Плохие новости.
— Ты шутишь? — Он не шелохнется.
Но после Сентябрьского досье...
Ну, ты знаешь сэра Кристофера. Он будет все отрицать.
У него не должно быть выбора. Он должен быть уволен.
Публично уволить главу Секретной разведывательной службы?
Это слишком откровенно, даже для правительства.
Он полностью утратил авторитет, до последней чертовой капли,
и, если он продолжит оставаться на этой должности,
это запачкает всех нас. — Да, мы все согласны с этим.
Но он не согласится просто уйти, если не будет поощрен сделать это.
Кем?
Джулия, ты заместитель главы Секретной разведывательной службы.
Если ты не можешь ничего придумать,
то кто может?
КПП-300. ГРАНИЦА ИЕРУСАЛИМ–ВИФЛЕЕМ
Атика?
Привет!
Надеюсь, я не заставила вас ждать.
Я почти начала. Атика Халаби.
Да. Нет, я знаю. Знаю, кто вы. Прочитала все о вас в самолете.
— Вы из Газы. — Родилась там.
— Вы часто туда возвращаетесь? — Границы закрыты, Мисс Штайн.
Нет-нет. Знаю, знаю. Мне жаль.
В любом случае, сейчас моя жизнь здесь.
Эфра сказал, вы — великолепный переводчик.
Гордый выпускник одного из ваших факультетов.
— С вами никого нет? — А кого вы ожидали?
Никого. Они доставили вам неприятности?
Да, несколько звонков.
Но когда они узнали, кем был ваш отец...
Надеюсь, на них больше повлияло то, что они узнали обо мне и моем брате.
Конечно.
Но я пришла подготовленной. Так что, давайте воспользуемся этим.
Добро пожаловать на Западный берег,
Мисс Штайн. — Спасибо.
Просто «Несса», пожалуйста. Для меня удовольствие быть здесь.
— Хорошо, машина вот здесь. Едем? — Да-да.
Это ваше расписание на день.
Мы прибываем в университет, вы открываете факультет ИКТ,
потом вы встречаетесь с людьми
из университета: сотрудники, студенты.
Также вы должны знать, они могут ожидать от вас речи.
Да, я знаю. Я тренировалась перед зеркалом всю ночь.
Не привыкли произносить речи?
Если и есть плюс в том, чтобы иметь старшего братца, — это он.
Мистер Штайн в порядке?
Да, да, в порядке. Спасибо.
Я надеялась увидеть его.
Надеюсь, вы не слишком разочарованы?
Слышала, у него ребёнок.
Да, маленькая девочка.
Вы знаете, что пересекали Гробницу Рахели.
Да, я знаю. К сожалению, она умерла при родах (праматерь Рахель).
Многие женщины приходят туда молить о беременности.
Будьте осторожен в своих желаниях.
— Вы замужем? — Нет.
— У вас есть парень? — Нет.
Пожалуйста, передайте мои наилучшие пожелания мистеру Штайну.
Передам.
Как вас много!
Чудесно быть здесь сегодня,
не только чтобы увидеть эти чудесные условия в первый раз,
но и чтобы увидеть вас всех...
несметное количество вас для этого волнующегося оратора.
Идет дождь?
— Да? — Да.
Тогда мне лучше поскорее закончить.
Эти компьютеры...
что они на самом деле?
Просто пиксели и числа и кусочки микросхем,
и по мере того, как... наша программа развивается
и мы добавляем новые куски проводов
больше пикселей и чисел могут подсоединится к большему количеству университетов
это немного формально,
а иногда ещё и немного трудно…
для таких людей, как я,
хотя на самом деле это всё…
очень просто, это всё для вас.
Так что...
просто пользуйтесь этим.
Будьте любопытными.
Общайтесь.
Связывайтесь.
Делитесь друг с другом и с другими людьми.
Через границы, со всем миром.
Будьте будущим. Сделайте его лучше.
Это очень просто.
Спасибо.
Спасибо вам большое.
Думаю, я справилась, да?
— Да. — Дурацкие туфли надела.
У вас чудесный кампус.
Вы должны гордиться.
— И быть благодарным. — Это всего лишь пожертвование.
Очень значительное.
Это правда, что мы только начинаем, но я чувствую, что присутствует воодушевление.
— Европейские языки? — Да.
— Возможно ли?.. — Конечно.
— И когда вы начинаете строительство? — Строительство?
— Для расширения. — Какого расширения?
— Корпус для европейских языков. — Мы не планировали расширяться.
Да, да. Мы пожертвовали вам 1,5 миллиона долларов на это.
ВЫ ОБ ЭТОМ ЗНАЕТЕ?
НЕТ, НИЧЕГО.
МЫ ПОЛУЧАЛИ ГРАНТ?
НЕТ.
ЕСЛИ НЕ ВОЗРАЖАЕТЕ, СКАЖИТЕ ЕЙ.
Не нам, мисс Штайн.
— Вам, вам. — Нет.
Это было в документах. Я прочитала в самолёте.
Они очень беспокоятся. Они думают...
Они думают, что я думаю, это это коррупция.
Да.
Алло?
Нет, послушайте. Скажите ему, что мне нужно поговорить с ним сейчас.
Вы не должны были приезжать одна.
Да.
Я и не подозревала, что мне понадобится помощь.
Я могу вам сказать, без сомнения, что этого в нашем институте не было.
Мы не просили грант.
— Он нам не нужен. — Простите, я должна ответить.
Эфра, кажется, у нас проблема.
Всё хорошо, позволь мне разобраться.
Но это я сейчас здесь. Тебе лучше сказать мне, что делать.
Ничего. Ничего не делай. Я разберусь.
Я думаю, я действительно сказала, не подумав.
Ага, возможно. Откуда ты это взяла?
Я прочитала об этом в самолете.
— Что, что ты прочитала? — Сводную таблицу.
Ты таблицы читаешь?
Я не просто перерезаю ленточки, Эфра.
— Ты должна была сначала свериться со мной. — Что я и делаю.
— Нет, прежде чем что-то сказать. — Знаю, знаю. Мне жаль.
Я свяжусь с министром образования Палестины.
— Хорошо, мне тоже следует. — Нет. Предоставь это мне.
Если я совершила ошибку, я хочу извиниться лично.
Если?
Ты совершила ошибку, Несса. Огромную.
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ ПАЛЕСТИНСКОЙ АДМИНИСТРАЦИИ
Он говорит, что они не могли одобрить этот грант.
По их записям, он пошёл в Институт высшего образования Шехба
— Где это? — В Газе.
Газа.
Нет, нет, мы не ведем дела с Газой.
Как и они.
Это неудачное место для разговора.
Ты не должна всего этого слышать
Я слышу многое, мисс Штайн, но я никогда, никогда не говорю об этом.
Доверьтесь мне.
Мне нужно место, где я смогу говорить.
Где ты?
В Рамалле.
Ты должна уехать оттуда, Несса.
Ты должна ехать домой в Иерусалим.
Эфра, я смотрю на цифры. Перевод действительно был,
но, по словам министра, деньги пошли в Газу.
Так, с каких пор мы начали финансировать проекты в Газе?
— Мы не начинали. — По его словам, начали.
Тогда он ошибается.
Кто-то с нашей стороны должен был одобрить этот платеж.
Я знаю.
Эфра?
Все еще есть представители ФАТХа в Газе, которых неофициально поддерживает прави
Что?
Возможно, они передали деньги им, использовав нас как прикрытие.
Использовав нас?
Мы не можем позволить им этого.
Мы не можем обвинять их в коррупции, Несса.
Можем, если все так и есть.
— Должны, вообще-то. — Нет.
Мы не можем подвергать себя риску, Эфра, никогда.
В Палестине полно таких вещей, так было годами.
и... мы должны работать с этим,
потому что, если мы объявим об этом, они не будут больше с нами работать.
— Это коррупция. — Это реальность.
— Я не могу принять этого. — Тогда ты должна.
Я собраюсь объявить об этом. Это единственный способ действия.
Нет, единственный способ действий другой.
Бюрократическая ошибка?
Эти деньги всегда предназначались для этого университета, туда они и пойдут.
И вы позволите проверить ваш денежный оборот?
Конечно. У нас открытая бухгалтерия.
Мисс Штайн, поверьте, это настоящая ошибка.
Мы благодарны вам за то, что обратили внимание.
Мисс Штайн.
Чего еще ты ожидала?
Эти деньги ушли в Газу?
Мы никогда не узнаем.
1,5 млн всемирно известной террористической организации?
— Мы должны узнать. — Я тебе запрещаю.
Мой брат запрещает мне?
Просто поезжай домой, Несса, хорошо?
Пожалуйста, просто поезжай.
— Ты не станешь разбираться? — Нам там нечем заниматься.
— Есть, если мы будем искать. — Не смей.
Ты веришь в наше дело?
Я оскорблен твоим вопросом.
Дело не только в результате, Эфра.
Каждый шаг важен.
Мы не можем подвергнуться риску.
Не будь такой наивной.
Так делать нельзя.
Это Ближний Восток, Несса. Здесь такие правила.
И, возможно, с этого момента тебе следует заниматься церемониями открытия…
дома.
Хочешь поехать в Газу?
— Ты проведешь меня туда? — Может быть.
Я должна отследить эти деньги.
Есть люди, к которым ты можешь обратиться.
Кто?
Не все поддерживают ХАМАС. Но это опасно.
Я не хочу подвергать тебя риску.
Газа — мой дом. Я родилась там.
Но тебе, наверное, этого делать не стоит.
У тебя есть братья?
Нет, я сирота.
Как и мы.
Я так сильно люблю его.
Но мы должны делать это правильно.
Надень платок.
РАФА, СЕКТОР ГАЗА
Добро пожаловать в Газу.
Смотри-ка, смотри.
Да?
— Да? — Нет, сэр.
Она не вернулась в Иерусалим.
И в гостинице в Рамалле о ней нет записей.
Что случилось?
Это… Несса…
— Что? — Мы…
точно не знаем, где она.
Кто с ней?
— Ты отпустил её туда одну? — Нет, она с моим переводчиком.
— Так позвони ему. — Ей,
она тоже не отвечает.
Набери мне этот номер.
— Штат Вашингтон? — Вашингтон.
Рэйчел, забери Ханну домой.
Что происходит?
Рэйчел, пожалуйста.
Ханна, дорогая, мы идём домой.
Да?
Да, запусти её.
Да, проблема.
— Ты в порядке? — Ага.
Смешно, что мы лишь в часе езды от Тель-Авива.
Человек, с которым мы должны были встретится здесь,
отказался. — Что?
Это опасно для него.
А для меня безопасно?
Сотрудничество здесь, особенно с тобой, очень опасно.
Для всех.
Есть кое-кто ещё.
Кто?
Он из ФАТХа, но знает людей из администрации.
Если деньги, которые ты ищешь, пришли к ним, он сможет подтвердить.
Хорошо.
Давай с ним встретимся.
Есть одна проблема. Он не придёт сюда. Нам придётся идти к нему.
И? Давай.
Давай?
Ты с ума сошла?
У нас был план. Сейчас его нет.
В таком месте без плана делать нечего.
Но мы уже здесь.
И мы ещё можем уйти.
Я хочу с ним встретиться.
Зачем?
Ради вашей компании?
Или чтобы насолить брату?
Что из этого?
А ты как думаешь?
Я думаю, всё вместе.
Нельзя допустить, чтобы компанию скомпрометировали.
Чтобы вас скомпрометировали.
Из одного следует другое.
Значит, ты глава компании?
Да.
Мне лишь нужно это доказать.
Я думаю, ты уже доказала.
Мои уши!
Я тебя не слышу!
6 ДНЕЙ СПУСТЯ.
Мы не ведём переговоры с террористами.
Как и мы. К вашему сведению,
они требуют 1,5 миллионов долларов за неё.
Отряд Аль-Караме.
Захид Аль-Захид. Да, динозавр...
чьё время уже прошло.
Но, очевидно, он всё ещё жив.
Не для нас. Мы покинули Газу.
Пусть сами между собой воюют.
— За Нессу Штайн? — Захид из ФАТХа.
Газа управляется ХАМАСом. Они друг друга ненавидят.
Не удивительно, что он по подвалам шныряет. Видите, в чём наша проблема?
Как мы можем вести переговориы с этими людьми,
когда они лишь хотят перебить друг друга.
— У нас нет контактов с Аль-Захидом — Есть женщина,
у которой британское гражданство,
которую удерживают боевики вооруженного крыла вашей организации.
У нас нет вооруженного крыла.
Может быть, вы забыли сказать об этом Аль-Захиду.
Мы не можем ему ничего сказать. Он в Газе, а Газа под управлением ХАМАСа.
У нас нет там юрисдикции,
с тех пор, как американцы заставили нас провести эти выборы.
Простите. Ничем не можем помочь.
А кто может?
Итак, давайте говорить прямо.
Позиция правительства Великобритании не помогать моей сестре.
Позиция правительства Израиля не помогать моей сестре.
И позиция ООП не помогать моей сестре.
Теперь я хотя бы знаю, где благотворительность…
заканчивается.
Ей не нужно было туда ехать. Но она поехала.
Я думаю, вы знаете, что должно случится дальше.
Правительство Великобритании настоятельно советует
не вступать в переговоры с этими людьми.
Вот как?
И если вы вступите, я уполномочен официально предупредить вас
что это правительство может ввести санкции
против вашей компании или любых частей ее, которые будут в этом замешаны.
Где бы вы сказали, вы находитесь на карьерной лестнице, миссис Уолш?
Как высоко? Что вы делаете такие заявления.
Довольно высоко.
Итак, вы считаете, у вас есть разрешение вашего правительства
приходить сюда и угрожать мне?
Вы должны внимательно меня послушать.
Мы не ведем переговоры с террористами.
Правда?
В таком случае, с сожалением должен вас уведомить
что вы ниже на карьерной лестнице чем думаете.
Поэтому, идите и передайте вашему боссу, cэру Кристоферу, кое-что от меня.
Он был счастлив помочь нам в прошлый раз.
Почему не в этот?
Прошлый раз?
Это не ловушка, миссис Уолш, это сообщение.
Ступайте и передайте его.
Это было быстро.
Это было короткое сообщение.
Кем вы себя возомнили?
Думаете, вы можете играть в игры с правительством и выиграть?
— Думаю, у меня довольно сильная рука. — Рука?
Карты?
О господи, вы думаете, вы долбаный Сандэнс Кид!
Вы проиграете.
Всё.
Если у вас действительно были дела с моим начальником...
О да, были.
тогда, разумеется. он заставил вас подписать договор о неразглашении.
Я знаю его. Он любит подписанные контракты, наш Кристофер.
вот почему я в точности знаю, где я нахожусь на карьерной лестнице.
Если вы хоть слово шепнёте своей жене,
не говоря уже о журналистах,
за решеткой окажутся два Штайна
без надежды для любого из них выбраться. — Вы не можете...
Я не...
закончила.
Вы не можете выиграть, мистер Штайн, не на этом уровне.
Вам не стоит даже играть.
Если бы вы на самом деле были Робертом Редфордом,
то сейчас снаружи боливийская армия
и все их ружья направлены на вас.
Однако, вы правы в одном.
Если вы хотите получить шанс выбраться из этой грязи,
вы, ваша семья, ваш бизнес, может быть, даже ваша сестра,
вы должны кому-то рассказать все, что вы знаете…
и этот кто-то — я.
Теперь можете говорить.
Ты прямо из Вашингтона приплыла?
Повышает объём крови.
Почему бы тебе не присесть?
О чём ты хочешь поговорить?
Об Эфре Штайне.
И сколько?
1,5 миллионов долларов.
Переведенные через благотворительный фонд Эфры Штайн в институт в Газе.
Но на самом деле плата за освобождение израильского солдата.
Которое произошло.
Обеспеченное Эфрой Штайном.
— А израильтяне? — Ничего не знают.
Как только они согласились отступить из Газы, они не могли вмешаться.
Деньги пришли от Харольда Парра.
Американца?
Он из АИКОС.
Видный человек и крупный спонсор республиканцев.
Ну ты знаешь как бывает с этими суровыми индивидуалистами, сами себе закон.
А почему ты?
Ко мне обратились через бюро в Вашингтоне.
Они хотели вытащить этого мальчика, Джулия.
Не могли найти другой способ сделать это.
я просто передала сообщение.
Эфре Штайну.
А потом сэру Кристоферу.
Которое я записала.
На всякий пожарный…
Такой случай наступил.
— И он не блокировал сделку? — Сэр Кристофер?
Нет-нет. Парр предложил ему там канцлерство в университете,
когда он уйдёт в отставку. — Где?
В Кенте, штат Коннектикут.
Не элита.
По дешёвке продался.
И… полагаю, ты нацелилась на его место?
— И что ты хочешь? — Твоё.
— За эту запись сэра Кристофера? — Да, пожалуйста.
Но я хотела бы пока остаться в Вашингтоне.
раз уж я завожу столько новых друзей.
— Насколько? — На несколько лет.
Отдай свою текущую работу ночному сторожу
затем позвони мне, и я тебя, как говорится, отпою.
Я должна заложить Харольда Парра.
Израильтянам?
Хорошо. Они это похоронят. Они не дадут этому огласки.
У меня есть еще одно условие.
Фонд Штайнов должен остаться нетронутым. Он не должен быть скомпрометирован.
Это уже случилось. Израиль скоро узнает. ХАМАС, скорее всего, уже знает.
Но мир не знает. То, что случилось, можно прижечь.
Прижечь?
Звучит по-медицински.
То, на чем стоит эта компания, то, что она пытается сделать,
должно остаться чистым в глазах мира. — Почему?
— Это поможет — Чем?
Поможет нам создать мир на Ближнем Востоке.
Тогда, может быть, тебе стоит начать с Нессы Штайн.
— И вытащить ее из Газы? — Да
Они «запарковали» это
Запарковали? Боже, как ты нахватался жаргона!
И будут ли они в будущем «разворачиваться» на этот счет?
С этого момента, Джулия, мы действительно не ведем переговоров с террористами.
Дэниэл, я боюсь у меня для вас довольно тревожные новости.
2 ДНЯМИ ПОЗДНЕЕ
Сделано.
Сэр Кристофер Гриефф объявил сегодня о своей отставке
после шести лет работы главой Секретной разведывательной службы
Не было объявлено прямой причины
Хотя слухи о канцлерстве
в американском университете не были опровергнуты.
Харольд Парр сегодня ушел в отставку с поста главы
Американо-израильского Комитета по связям с общественностью.
Представитель посольства Израиля в Вашингтоне
поблагодарил мистера Парра за его большой вклад
в Американо-израильские отношения, но выразил взгляд на его отставку
как возможность для обеих сторон
проверить крепость их связей.
Джулия Уолш была названа
новой главой Секретной разведывательной службы.
Уолш, 45 лет, сделала карьеру в правительственной службе
и ранее возглавляла Ближневосточный департамент службы
она не делала комментариев сегодня вечером,
что, возможно, уместно
для новой носительницы этого легендарного прозвища, C.
Алло?
— Ты еще трахаешь свою жену? — Вообще-то я спал.
Да, довольно долго.
Пора просыпаться, чтобы прийти сюда и трахнуть меня в своем новом офисе.
Каком новом офисе?
Я отдаю тебе Ближневосточный отдел.
Ну, я же не могу трахаться с обычным старым аналитиком, не так ли?
Есть несколько условий.
Ага. Пара мест куда я не хочу, чтобы ты смотрел.
Одно из них — мой живот.
А другое?
Фонд Штайнов
Я реалист, Джулия.
Поэтому я тебе и предложила работу.
Если ты попытаешься добиться ее освобождения, любыми способами,
мы найдем, где она, и мы разбомбим это место.
Если ты опять попытаешься нас скомпрометировать, любыми способами,
мы найдем, где она, и мы разбомбим это место.
Если с этого момента ты не будешь делать в точности то, что мы говорим,
мы разбомбим ее.
Пожалуйста, пожалуйста, я сделаю что угодно.
— Ты уже все сделал. — Пожалуйста
Вставай!
У нас всегда были только мы!
Пожалуйста!
Итак...
каждое утро,
каждое утро, когда ты просыпаешься и произносишь молитвы,
ты будешь молиться за нее,
потому что ты тот, кто ее туда отправил.
И пусть Бог простит тебя за то, что ты сделал.
Но Израиль не простит.
Вставай.
Это моя жена.
Это моя дочь.
Когда вы забираете мою жену
когда вы забираете...
моего ребенка...
мою жизнь...
все что у тебя было..
стало ничем.
Тогда...
ты сражаешься тем, что у тебя осталось.
Ложись.
Что ты сделаешь?
Ложись.
Не надо этого делать.
Прекрати! Прекрати!
Ты её убьёшь! Прекрати!
Я убью тебя!
Хорошо, я ложусь.
Видишь, я ложусь!
Ложусь! Прекрати!
Прекрати! Прекрати! Я ложусь!
Ничего. Все нормально.
Пустяки.
Повернись.
10 НЕДЕЛЬ СПУСТЯ
Его изгнали. Без права возврата.
Но аборт тебе делать нельзя.
По шариату жизнь священна, независимо от того, как она была создана.
Я сама могу это сделать.
Ты родишь здесь.
Нет.
— Тебе придётся. — Нет.
Если ты убьёшь ребёнка, то они убьют меня.
Но если ты его родишь, потом…
тебе позволят… Они отпустят тебя, Несса.
Отпустят домой,
и ты сможешь рассказать всем, что с тобой произошло.
Они ничего не скажут.
Это их позор, их наказание,
то, что ты можешь говорить о них все, что хочешь.
У тебя есть эта власть.
А как же ты? Что с тобой будет?
И всё же я его обожгла.
Она должна пойти со мной.
Скажи им.
Несса, я не могу просить об этом.
Это невозможно, Несса, я не могу.
Пожалуйста.
Я отдам тебе свое сердце
Я отдам тебе оба сердца
Пожалуйста.
Она должна пойти со мной.
Пожалуйста.
Да.
Несса.
Инфекция! Я должен быть здоров.
Я изгнал твоего сына.
А что девчонка Штайнов?
Она будет вынашивать ребёнка.
Когда она уедет?
Как только родится ребёнок.
Тогда хорошо.
Правнук Эли Штайна.
С моей кровью в его венах.
Сперва я приказал его убить.
Теперь же я забираю его наследие.
Насколько он проиграл?
Мы здесь в опасности.
Из-за ХАМАСа?
Они хотят нас прогнать.
А израильтянине вернутся.
Хорошо, я их тоже жду.
Если они за ней придут, то пусть забирают.
У меня планы на Нессу Штайн.
Переведено на Нотабеноиде http://notabenoid.org/book/53149/231098
Переводчики: trans_LATE, yasger, cloudmachine_