Я живу в мечте.
Помимо безграничного бюджета,
детей со всего мира, принятых из-за их таланта,
специалиста по питанию, костюмера
и фитнесс-тренера,
руководство Вокальным Адреналином
имеет и другие привилегии – служебная машина,
собственный массажист
и такая зарплата, что мы перешли на следующую ступень налоговой шкалы.
Дети так преданы делу.
Они часто приступают к тренировкам раньше времени.
Должен признать, я скучаю
по тёплым отношениям в Новых Направлениях!
Здесь каждый сам за себя.
Выпускники оказывают огромную поддержку.
У нас невероятно щедрые спонсоры.
Жена говорит, что эта – лучшая.
Правда, не стоило беспокоиться.
Сам-то я – футбольный фанат.
Но моему пылкому сынуле-гею по душе хоровой кружок.
А соревнования есть соревнования.
Так что я всячески помогаю
Вокальному Адреналину.
И мы все рассчитываем
на очередную победу в этом году, мистер Шустер.
Думаю, если ты счастлив
и доволен, мы всегда поддержим тебя.
Просто будь честен с собой.
Я воспринимаю настоящие перемены там
как долгосрочную перспективу.
Я не надеюсь, что сразу смогу изменить
их видение.
Моя мечта – совместить ресурсы
и поддержку Вокального Адреналина
с теплом и вдохновением Новых Направлений!
Если кто и способен это сделать, так ты.
Пускай поиграет немного, что скажешь?
Что... здесь? Боже, нет.
Он же может прикоснуться к чему-нибудь.
Жизнь прекрасна.
Что?
Боже! Что случилось?
Ваша команда, Вокальный Адреналин.
Они решили продолжить традицию
закидывать соперников яйцами.
Перевод выполнила Grenada
Я слышал от своих друзей
Рэйчел Берри и Блэйна Андерсона,
руководителей Новых Направлений и Соловьёв,
что вчера мои студенты
забросали их яйцами на автомобильной стоянке.
Ребята!
Я должен положить этому конец.
Такое хулиганство я терпеть не намерен!
Уилл, кажется, вы нетерпимы в своём нетерпении.
Для тебя – мистер Шустер.
И не строй из себя умника, Клинт.
На этой неделе...
Вы по очереди будете исполнять песни
на тему "Терпимость".
Покажу на своём примере.
Я пригласил особенного гостя присоединиться ко мне.
Выпускник Вокального Адреналина.
Шустер, что это за хрень?
Вы же не всерьёз.
Ещё как всерьёз, милый.
Замолчите уже, завязывайте с рэпом
и позвольте нам готовиться к отборочным.
Нам плевать на геев, натуралов,
трансвеститов и неопределившихся.
Нас волнует только победа. – Стойте.
Это же гениально.
Если мы заставим Новые Направления поверить,
что мы нетерпимы к какой-нибудь группе людей,
у них включится режим Уилла Шустера.
И они посвятят целую неделю
урокам о терпимости.
Эй!
Прекратите немедленно.
Да, вы талантливы.
И нет, это не даёт вам права вести себя, как вам вздумается.
Нравится вам или нет, но я руковожу
этим хоровым кружком и поступлю так, как считаю нужным.
МакКинли, вот и я.
Мне понадобилось много времени.
И моё сердце колотится, как у поросёнка на скотобойне.
Но могу честно сказать, что сегодня я живу той жизнью,
о которой всегда мечтала.
Мне дали отпуск,
чтобы внешность догнала внутренние изменения.
Но сейчас я готов предстать миру.
Итак...
Поприветствуйте тренера Шелдона Бисти.
Тренер!
С возвращением! Знаешь, издалека
я приняла тебя за стареющего,
но мужественного Джеймса Гарнера.
Спасибо, Сью.
Я рад вернуться. – Тренер!
Как здорово, что вы вернулись в истинном обличии.
Боже мой!
Нам надо столько обсудить в мужском разговоре,
чего не могли сделать раньше.
Обсудить отношения с Рэйчел,
а ещё Мерседес, я поговорил с ней, у нас всё круто!
Всё нормально, Сэм, дыши,
а то в обморок упадёшь.
Тренер, докладываю –
я исследовала вопросы цисгендерности
и процесса смены пола.
И с утра вычитала ещё множество
новых терминов в Википедии.
Спасибо, но я хочу, чтобы всё
было как всегда. – Да.
Это хорошо, потому что у меня целый список местоимений.
Вы скажите, что именно мне использовать –
он, онна, а ещё оно
и куча других.
Думаю, "он" и "ему" подойдёт.
Тренер, как ты знаешь, я всегда
откровенно выступала
против любых издевательств.
И хочу, чтобы ты помнил – я всегда рядом.
Как друг, соратник
и плакательная жилетка.
Образно говоря, конечно.
Ты теперь мужик, а настоящие мужчины не плачут.
Должен признать, это впечатляет, Сью.
Мне казалось, что люди будут болтать.
Или пялиться на меня.
Тренер, с радостью сообщаю, что МакКинли –
школа, которой плевать на половую принадлежность.
Договорились?
А теперь прошу прощения, краем глаза я заметила толстяка,
которому не помешает старая добрая отповедь.
Ладно, я, пожалуй, пойду.
Надо встретиться с Рэйчел и...
Дайте пять!
Вот это силища.
Доброе утро!
В чём дело?
Всё ещё расстроена
из-за яиц? – Нет, Сэм. Кое-что случилось.
Всё куда хуже.
Утром я спала
и мне снился потрясающий сон –
я на Бродвее.
И тут раздался стук.
И я проснулась.
Сначала я подумала, что это огромный дятел.
Или что соседи вкапывают бассейн.
Но потом я увидела, в чём дело!
Мой отец продал дом!
Подожди, разве это плохо? Его же выставили на продажу,
но каждый раз потенциальные покупатели
сливались в последнюю минуту.
Да! Потому что я саботировала сделки!
В душевой положен винтажный кафель.
Рэйчел, это бред.
Сэм, это мой единственный дом.
Я там выросла.
И мне ненавистна мысль о том,
что через пару дней он будет принадлежать чужим людям.
Так, послушай.
Как человек, у которого порой вообще не было дома...
Нет, нет.
Ни за что.
Я не позволю заставить себя
смириться с этим только потому что однажды у тебя не было дома!
Ясно? Прости, но это не имеет никакого отношения к делу!
Я просто ещё не готова проститься с ним.
И будь я проклята, если позволю папам довести дело до конца.
Ребята, спасибо, что пришли.
Во имя всего святого, что на этот раз?
Сегодня я собрал вас здесь из-за Рэйчел.
Серьёзно? Я же только что закончила
её недельную реабилитацию... Что ей ещё надо?
– Вы хотите... – Её отец только что продал их дом.
У неё меньше недели на то, чтобы съехать.
Этот дом для неё всё.
Она там выросла.
Там её мечты стали реальностью.
Ребята, для неё это важный момент.
Ясно? Она меняется.
Это одно из самых важных изменений в жизни.
Через это нам вскоре всем придётся пройти.
Так, уточню –
мы всё ещё говорим про Рэйчел?
Или ты решил признаться, что меняешь пол?
Боже! Нет! Мы говорим про Рэйчел.
Ребята, она взрослеет.
Как и все мы.
Какой план, Сэм?
– Ты хотела видеть меня? – Присаживайся, Уильям.
Привет, Шелдон, как дела?
Что происходит?
Да ничего особенного.
Сью просто раздувает из мухи слона.
Новоиспечённый муж Америки Шелдон Бисти
вчера прибыл на парковку,
где обнаружил, что его машину изуродовали
ужасным
оскорблением.
Боже мой.
Какой кошмар!
Шелдон, мне так жаль.
Ничего страшного.
Я допускал вероятность
подобных событий.
Так что не особо удивился.
Прости. Просто...
ты говоришь, это произошло тут,
а я к этому какое отношение имею?
Плоскодоночка,
ты сам расскажешь, или я?
Уилл, на них была форма школы Кармел.
Это были ребята из Вокального Адреналина.
Твои дети.
Ты серьёзно?
Никто не смеет
обижать моих друзей и остаться безнаказанным.
Кроме меня. Я всегда обижаю твоих друзей
и ни разу не была наказана.
Мне жаль.
Итак, ребята, начнём наш урок.
Наша тема – "Buckeyes Bullseye"
при участии всех музыкантов Огайо!
Мэрилин Мэнсон, Дин Мартин...
Вообще-то, Рэйчел, планы изменились.
Курт, ты не можешь просто взять и изменить тему.
Иногда судьба совершает неожиданный поворот,
и тебе остаётся лишь смириться с этим.
Поэтому тема недели...
"Переход".
Перемены.
Движение вперёд.
Рэйчел, мы не могли не заметить,
что тебе нелегко проститься
с твоим домом.
Это заставляет тебя проститься
с детством и принять взрослую жизнь.
По крайней мере так говорит приятная дама
из психиатрической клиники Лаймы.
И для того, чтобы помочь Рэйчел с переходом,
мы устраиваем вечеринку "Прощай отчий дом",
все вы приглашены. В пятницу, подвал дома Рэйчел.
Ребята, не стоило беспокоиться, но это так мило.
Подождите, так этот урок
не для нас? – Он для Рэйчел?
– Да, так что захлопнитесь! – Подайте колесо!
Спасибо. Добро пожаловать на Колесо Музыкальной Фортуны.
Спасибо. Спасибо.
Все крутят по очереди, и на чьё имя попадаете –
с тем споёте дуэтом на вечеринке.
Кроме меня. Я говорил, что хочу спеть с Рэйчел.
Не хочу рисковать. – Ну и ладно.
А мы не можем вытащить имена из шляпы?
Ладно, сначала я.
Удача, будь благосклонна.
Родерик.
Кто это?
Это я. Я – Родерик.
Это будет потрясающе. Ты же отличный.
Ладно, моя очередь.
Я был уверен,
что колесо остановится на Арти.
Да, какие были шансы?
Десять к одному. Не так уж много.
Но ты же не против спеть со мной, да?
Я пойму, если не захочешь.
Да нет, я хочу.
Просто...
Если увидишь Дэйва,
не поднимай этот вопрос, ладно?
Ой, я тебя умоляю. Это же просто песня.
Он не станет ревновать из-за этого.
Знаю, но мне кажется, что он считает,
что между нами что-то есть.
А ведь это...
совсем не так.
Совсем.
Ладно, я позвоню. Придумаем, что будем петь.
Мы можем спеть что-нибудь энергичное.
Или медленное. Всё равно.
Я универсален.
Ладно. Хорошо.
Ладно. Я позвоню.
Кто это был? Я только услышал. Мне нужны имена.
Какие негодяи из Вокального Адреналина сделали это?
Тыковка, о чём ты говоришь, заяц тебя дери?
Ваша машина, вандализм. Кто из этих рок-креветок осмелился?
– Не важно. – Мы убьём их, тренер.
Никого вы не убьёте. Присядьте, парни.
Сидеть!
Я не хочу, чтобы вы влезали в это,
поняли? Мы всё уладили.
Я тронут, что вам не всё равно,
но избиением ситуацию не исправить.
Это научит их не связываться с нашими,
или мы их уничтожим.
Я всю свою жизнь сталкиваюсь с невежами,
которым меня не понять.
Но знаете что? Я в жизни не был так счастлив.
Сколько людей могут похвастаться этим? И, Спенсер,
рад слышат, как ты называешь себя одним из нас.
Лучшее, что я могу услышать от тебя,
так это то, что ты не просто отличный игрок,
но и часть команды.
И, Сэм, это твоя заслуга.
Ты объединил нас.
Ты великолепный тренер и друг.
И если из этого бардака что и можно вынести хорошего,
так это то, что они вручили нам чертовский
подарок.
Тренер, простите.
Я не хотел разочаровывать вас.
Просто...
Не выношу, когда моих друзей обижают.
Знаю, Сэм.
И ты меня не разочаровал.
Наоборот, я так горжусь тобой.
Возвращайтесь на тренировку.
Это недопустимо.
Я могу стерпеть неповиновение,
но сейчас дело не во мне.
Дело в том, чтобы научить вас поступать по-людски.
И в том, чтобы быть уверенным, что простая порядочность
и честность гораздо важнее,
нежели победа в соревнованиях.
Что отлично отражает ваш стиль руководства, Шустер.
Думаете, мы не догадывались, что вы слишком слабый, чтобы работать с нами?
У вас подход слабака.
Знаете, кому было насрать на то, чтобы быть добрым?
Льюис и Кларку. Джорджу Паттону. Полу Анке.
Я не хочу быть достойным. Я хочу быть чемпионом.
И дело именно в этом.
Дело в том,
что Вокальный Адреналин –
последний представитель вымирающего вида,
рискующий заслужить звание плохих парней,
который принимает суровую истину,
которую знает любой житель планеты –
победа это всё!
Мы выиграем чемпионат,
но выиграем достойно. – Когда вы уже поймёте,
что вам тут не место.
Мы вас терпеть не можем,
мы ржём над вашими жилетками
и душеспасительными беседами.
Вы – посмешище. – А как тебе такая шутка, Клинт.
Пошёл вон из команды.
Вы не можете выкинуть меня из команды.
Я и есть команда.
Вон.
Сейчас же.
Так,
начинайте разминку.
Иди в кровать, Уилл.
Хотя, сначала прими душ, ведь ты касался
колеса, которое касалось земли.
Я надеялся, что коляска
стоимостью с самолёт, не сломается через неделю.
Ладно.
Это голос разозлившегося мужчины.
Прости.
Просто...
Я в тупике.
Я не люблю свою работу.
Мне не нравятся люди и обстановка, и это не изменится,
потому что они не видят проблемы.
Сегодня я выгнал парня из команды,
но понимаю, что этим дело не закончится.
Спонсоры придут ко мне.
Слушай, не нужны мне все эти блага.
Мы же не останемся голодать, если ты уволишься
и найдёшь другую работу.
Я знаю некоторых, с кем так и получилось.
Мы обсуждали это, Эмма. Нет другой работы.
Я больше нигде не могу руководить хоровым кружком.
А знаешь, что самое плохое?
Мне нравятся все привилегии.
Нравится прекрасная машина, прекрасная коляска
и прекрасные билеты футбол.
Может, я поверхностный и незрелый, но...
все эти блага дают мне ощущение, что я – мужчина.
И я ненавижу себя за то, что мне это нравится настолько,
что я продолжаю работать там,
где всё противоречит моим устоям.
Ладно. Мы справимся.
Понимаешь? Найдёшь другую работу.
Мой буклет начинает
приносить дополнительный доход.
Год назад я бы уволился.
Можно быть принципиальным,
когда тебе не надо кормить и одевать ребёнка.
А я думаю, что когда у тебя есть дети,
как раз важнее придерживаться своих принципов.
Уилл, он же будет смотреть на тебя.
Дети всё замечают.
От них ничего не утаишь.
Когда ты будешь покупать ему что-нибудь,
он увидит гордость и стыд.
Он будет знать, когда ты променяешь честность
на комфорт и безопасность.
Я не говорю, что тебе надо срочно бросать работу.
Я понимаю всю важность, правда.
Но я хочу сказать...
тебе надо смириться с тем решением, что ты примешь.
Понимаешь?
Да.
Я подлил тебе добавки, Курт.
Приветствую всех! Добро пожаловать и спасибо, что пришли
на вечеринку "Прощай отчий дом Рэйчел".
Детская спальня Рэйчел Берри.
Так странно думать, что однажды её
воссоздадут в музее Бродвея.
Надеюсь, там будут аниматронные роботы.
Ты обещал не высмеивать.
Боже, это из Шоу Ужасов?
Помнишь те обтягивающие золотые шорты, что мне пришлось надевать?
Думаю, их все помнят.
Ты не можешь справиться, да?
Просто,
почти все вещи упакованы в коробки,
но ты не притронулась к стене.
На этой стене все мои лучшие воспоминания из старшей школы.
Всё детство я провела в этой комнате,
распевая и мечтая, в одиночестве,
с фотографиями Барбары Стрейзанд,
Пэтти Люпон и Бернадетт Питерс.
Но потом я познакомилась с вами и внезапно
на стене стали появляться фото настоящих друзей
и настоящих идей.
Не знаю. В школе всё было так прозрачно
и теперь я должна просто сложить это в коробку?
Нам понадобится стена побольше.
"Звёздные Войны"!
Нет, это "Челюсти".
Тебя что, монахи воспитывали?
Иди сюда.
Эта стена никуда не денется.
Она просто становится... больше.
И выше.
И её заполняют мечты.
Ты получишь роль.
И вернёшься в Нью Йорк.
И заберёшь эту стену с собой.
И если мне повезёт,
на ней всегда найдётся место
для меня в обтягивающих трусах,
обсыпанных блёстками.
Да! Спасибо! Отличная работа!
И хотя вы думали, что в этот подвал невозможно
нагнать ещё больше тепла и любви,
настало время позвать на сцену ваших любимых геев –
Курта Хамелла и Блэйна Андерсона.
Уверен, что тебе пора?
Не похоже, что веселье закончилось.
Хотел бы я остаться,
но нам с Дэвидом вставать в пять утра,
чтобы ехать на университетский футбольный матч.
В любом случае, мне понравилось петь с тобой.
– Думаю, получилось неплохо. – Думаю, получилось отлично.
Мы не пели так круто с момента нашего самого первого дуэта.
Помнишь, что мы пели? – Неа, вылетело из головы.
Шучу. Конечно, помню.
Мы пели "Baby, it's cold outside".
Всё время, что мы пели, я хотел выключить
этот дурацкий проигрыватель
и признаться в неувядающей любви к тебе
и одарить тебя самым пылким поцелуем во вселенной.
Да? А почему ты этого не сделал?
Я не был уверен, что это взаимно.
Впрочем, так и было.
Помнишь, ты тогда запал на этого помощника менеджера
в GAP? Как его звали? Джонатан,
Джебадая? – Иеремия.
Иеремия.
А что с ним стало?
Понятия не имею.
Забавно, как кто-то, кто однажды
значил для тебя так много в определённое время,
через несколько лет...
Смотрите, кто здесь!
Юник! Девочка моя!
Почему вы не позвонили? Почему я узнаю
такие важные новости от Уилла Шустера.
Ты права. Я должен был позвонить.
Я просто не знал, что сказать.
Понимаешь? Это так ошеломляет.
Вы про возвращение в МакКинли или про операцию?
Я про то, чтобы быть собой.
Попытаться приспособиться.
Знаешь, я сделал это,
потому что мне важно было следовать своим чувствам.
И наконец-то я чувствую себя нормальным.
Но...
Люди не относятся ко мне как к нормальному.
Это потому что вы не такой. Вы – особенный.
И не из-за операции,
а потому что вы достаточно смелый,
чтобы получить то, чего вы хотите.
Но я не хочу всегда
быть особенным. Ты понимаешь, о чём я?
Я хочу быть парнем.
Но здесь нет таких, как я.
Люди либо подлизываются,
либо ненавидят меня, потому что не понимают.
Можно спросить?
Было больно? – Ты шутишь?
У меня с груди как будто сняли кучу молотков.
Но вот что странно, кажется,
что их там и не должно было быть.
Вы не жалеете?
Ни единой секунды.
То облегчение, что я испытываю от того,
что наконец-то являюсь тем, кем всегда хотел...
Это лучшее, что было в моей жизни.
Просто...
Порой хочется, чтобы не приходилось проходить через это в одиночку.
Вы не одинок.
Привет, мистер Шустер,
не знаю, слышали ли вы, но когда Джимбо Уилсон
узнал, что вы вышвырнули меня, он забил тревогу
и сказал директору Гандерсон вернуть меня.
И если вас это не устраивает,
а я на это очень надеюсь...
Джимбо сказал, чтобы вы лично ему позвонили.
Меня всё устраивает.
Он прав. А я ошибался.
Ты и есть команда. Ты символ
этого места.
И я поставил свои собственные убеждения
превыше того, чем является Вокальный Адреналин.
Если честно,
я подумывал о том, чтобы уволиться.
Но потом я понял, что могу
преподать вам пару уроков.
Вы определённо выявили
формулу успеха.
И кто я такой, чтобы это менять?
И пока я руковожу этим коллективом,
мы будем выигрывать по вашему.
Да!
Вот об этом мы и говорили.
И чтобы доказать серьёзность своих намерений,
я придумал выходку, которая положит всему конец.
Зацените. Сегодня
мы проберёмся в МакКинли
и я докажу всем вам, что никто не понимает
психологию борьбы лучше Уильяма Шустера.
Да!
Я говорил им, что если они выставят неуклюжего толстяка Крейга
в защиту, мы продуем. И что в итоге?
Они выставляют неуклюжего толстяка Крейга
в защиту, понимаешь? Невероятно!
Ладно. В чём дело?
Ты про что?
Из-за чего ты несколько дней
таращишься в пустоту?
Ты за это время сказал лишь пару слов.
Прости.
Что-то случилось на вечеринке Рэйчел, да?
Я пел дуэтом с Куртом.
Это была идея Рэйчел, ладно?
Это была наша тема хорового кружка.
Я даже не знаю, почему не рассказал тебе об этом.
А почему я должен расстраиваться из-за того, что вы пели с Куртом?
Вы не прекращаете петь. Это не про вас.
Вот жеж.
Дэйв...
Скажи мне вот что.
Это он тебя поцеловал или ты его?
Я так и знал.
Думаю, мне повезло,
что хоть несколько месяцев мы были вместе.
– Что это значит? – Это значит, что ты всё ещё любишь его.
И никогда не прекращал.
С тех пор, как Курт вернулся в Лайму,
у нас начался обратный отсчёт.
Время вышло.
Прости, Дэйв, я не хотел...
Всё в порядке. Ничего. Я знаю.
Слушай...
Никаких обид, ладно?
А тот неуклюжий толстяк Крейг?
Он пытался тайком дать мне свой номер телефона.
Слушай, целый мир
парней жаждет утешить меня.
Иди.
Всё в порядке. Иди. Скажи Курту.
Только сделай одолжение.
Не пой об этом, ладно?
Просто скажи.
Привет, Блэйн.
Мы уже уходим.
Уолтер, это Блэйн.
Конечно.
Тот самый Блэйн.
Приятно совместить имя с личиком.
Какая бабочка.
Прости. Ты меня искал?
Я искал Рэйчел.
Хотел ей кое-что сказать.
Привет, Блэйн.
Ты хотел меня о чём-то спросить?
Куда вы все собрались?
Мы идём на двойное свидание.
Мы с Уолтером обожаем провальные мюзиклы.
А у нас с Уолтером общая любовь
к куриным шарикам с ветчиной,
что подают в Брэдстикс.
Боже, они такие вкусные.
В следующий раз приходи с Карофски –
будет тройное свидание.
Ты хотел меня о чём-то спросить.
Да что-то из головы вылетело.
Ладно.
Ладно, план таков – мы проберёмся за сцену,
где я оставил несколько коробок лубриканта.
Ясно? Все хватаем по тюбику
и до последней капли выжимаем на сцену.
Так, соберитесь.
Мы увидим, как эти лузеры буквально упадут лицом вниз.
Да!
Я знал, что вы то ещё брехло.
Ваш маленький урок стоил нам двух часов
ценного времени репетиций, и будьте уверены,
спонсоры быстро узнают об этом.
Знаете, я начал руководить
хоровым кружком, потому что меня волнует искусство.
А это куда больше, нежели круглосуточные репетиции,
словно вы военные роботы.
Дело в том, чтобы найти себя в музыке,
а иногда это значит уделить неделю
из подготовки к отборочным, чтобы сделать приятное другу.
По крайней мере так было, когда я работал в МакКинли.
И я больше не стану жертвовать этим.
И если вы хотите продолжать
в духе нетерпимых идиотом, валяйте,
потому что я ухожу.
Ты не можешь так, Уилл.
Могу и сделал это. Но не из-за тебя.
Дело в том, что Юник пришла ко мне
и мы неделю собирали хор из транссексуалов,
300 голосов,
чтобы ты мог почувствовать себя дома.
Вниманию участников Вокального Адреналина.
Я даю вам шесть минут на то, чтобы вы покинули территорию школы,
после чего я спущу гончих.
А ещё я вспорола шины вашего автобуса,
так что домой пойдёте пешком.
Возможно, вы воспользуетесь этим маршем смерти,
чтобы понять, какие вы отвратительные.
И что вы будете делать?
Понятия не имею.
Со временем, конечно, надо будет найти новую работу,
но если честно, в Кармел платили так хорошо,
что я могу позволить себе отдохнуть несколько месяцев,
чтобы со всем разобраться.
Я так горжусь тем, что вы тут делаете.
И хоть я сомневался, что надо найти кого-то,
кто будет противостоять злой империи Вокального Адреналина,
сейчас я поверил.
У нас есть работа.
Платят не очень много.
Точнее, не платят совсем,
но мы с Куртом хотели бы знать,
если у вас время, можете ли вы
быть особенным конкультантом
Новых Направлений?
Ты эту должность только что придумала, да?
Да, я её только что придумала.
Всё придумала.
Мы с Куртом обсуждали это и нам очень нужна ваша помощь.
Придумывать еженедельные уроки
куда сложнее, чем мы думали.
Ладно.
Ладно, в смысле "Я подумаю"?
Нет, Ладно в смысле "Это честь для меня".
Отлично.
Но у меня есть два условия.
Первое – все главные решения продолжите принимать вами.
Второе – вам обоим пора называть меня Уилл.
Да, с этим я справлюсь.
Нет, не думаю,
что когда-нибудь смогу называть вас Уилл.
Ну, то есть я...
Для вас, ребята, это место – просто очередной этап.
Но я начинаю понимать, что мне тут самое место.
Этот кабинет – то, кто я есть.
И я не дождусь увидеть лицо Сью,
когда я скажу ей об этом.
И какая тема следующей недели?
Курт хочет сделать Бритни 3.0,
но если честно, у неё больше не осталось песен.
А у ребят есть какие-то личные проблемы?
Мы не знаем.
Мы не особо много говорим с ними.
А надо бы. Вы должны узнать их.
Потому что однажды они могут стать вашими лучшими друзьями.
Перевод Grenada
Переведено на Нотабеноиде http://notabenoid.org/book/56503/255747
Переводчики: Grenada