Ранее в сериале...
У отца были планы на меня.
Я была вещью в коробке.
Когда Очевидец бы в моей голове,
я видела место под названием «Титан».
«Титан» ведет лишь к смерти.
Твои друзья... Ярость ослепляет их.
Отчёт ЦРУ.
Единственная запись об «Титане».
Восточная Германия, 1961.
Доктора зовут Киршнер.
Джеймс Коул всегда верен друзьям, даже себе во вред.
Твои отношения с Диконом? Пусть он мне не нравится,
но я вижу, что ты ему дорога.
Парадокс из первостепенных. Не знаем только об одном.
В 1957. На севере штата Нью-Йорк.
Настолько мощный парадокс разрушит материю времени.
БЕРЛИН ГОД: 2016
Мы не сразу нашли это место.
Никого из нашей организации не было здесь
больше 50 лет.
Я не думал, что оно так важно для нашей истории.
Для нашего будущего.
Слово Очевидца...
Что здесь произошло?
Предательство.
Боже, Уитли.
Что мы здесь делаем?
Джонс нужно больше данных.
Ну конечно.
Ты правда думаешь,
что «больше данных» остановят это?
Твоё молчание говорит само за себя.
Тебя никто силой не держит, Дикон.
Ты всегда можешь пойти вслед за своими людьми.
Сколько из них дезертировало на этой неделе?
Я бы спросил, что держит тебя здесь, но мы оба знаем, да?
А она знает?
Закончим побыстрее.
Тише! Тише.
Это ребёнок.
Привет.
Ты пришёл из лагеря неподалеку?
Они все умерли.
Твои родители
попали в бурю?
Чёрт. Надо валить.
Пойдём, парень.
Эй!
Уитли!
Отряд мистера Уитли столкнулся с очередной хронобурей.
Такими темпами аномалии
уничтожат лабораторию через пять дней.
В лучшем случае.
Что нам делать?
Нужно предотвратить последний парадокс.
Убийство первостепенного в 57-м.
Это точно остановит бурю?
Парадоксы словно пулевые раны в теле времени.
Мы можем пережить парадокс 44-го,
но последний станет для нас концом.
Источником всей информации о 57-м является наш враг.
Мы зафиксировали аномально сильное
искажение времени между 1956 и 1958.
И оно приходится на одно событие.
Взрыв на заводе в Нью-Йорке
7 ноября 1957.
Погибли сотни человек.
Есть все следы
масштабного парадокса.
Целый год на успешное завершение миссии.
В прошлом мы должны любой ценой найти первостепенного
до того, как Посланники смогут создать парадокс.
Но если лаборатория будет уничтожена,
наша связь с настоящим разорвётся,
и все, кто в лаборатории, умрут.
Но если вам удастся предотвратить парадокс,
время изменится,
и все возникшие разрушения исчезнут.
Не сработает.
Ничего не срабатывает, когда она играет в Бога.
У нас есть кое-что получше.
Что это?
Документ из ЦРУ.
Здесь почти все засекречено.
Прочитайте оставшееся.
Доктор Алберт Киршнер,
военный преступник, задержан в Восточном Берлине
13 августа 1961 служащими Моссада.
Моссад?
Израильская разведка.
Они выслеживали бывших нацистов в 61-м.
В отчёте упоминается место — «Титан».
И человек — Очевидец.
То что нам нужно.
Отправляемся в 1961-й,
находим Киршнера до Моссада,
находим «Титан» и Очевидца.
Отрубаем голову гадюке.
Бурю это не остановит.
Мы спасём мир, убив того, кто его разрушает.
Или умрём, пытаясь.
Если выберем не ту миссию,
второго шанса не будет.
Мы отправляемся в 57-й.
Это твоё окончательное решение?
Мы ведь всегда на шаг позади.
Почему бы нам хоть раз не атаковать их?
И кто теперь безрассудный?
Знаешь, в чём разница, брат?
Я это заслужил.
Как и она.
Отмечу,
что у нас достаточно энергии для обоих прыжков.
У нас нет времени, доктор Адлер.
Мне нужна ваша помощь.
В одиночку мне не справиться.
Последняя миссия, чтобы предотвратить парадокс.
После чего мы вернёмся
и отыщем Очевидца. Он за все заплатит.
Обещаю. — Джонс.
Вы готовы умереть здесь, надеясь,
что нам удастся изменить время?
Если бы моя жизнь зависела от исхода миссии,
я бы предпочла ту, в которой борются за надежду,
а не отмщение.
Вы с мистером Коулом или нет?
Да.
С ним.
Хорошо.
Доктор Адлер, расчёты по расщеплению
в 1957 займут несколько часов.
Пошли.
Рамси.
Быстро же ты сдался.
Адлер, ваше мнение?
С каких пор оно вас интересует?
Вы же знаете, что Очевидец сделал с ней
и с моим сыном.
Не смотрите на меня свысока,
будто я дурачок какой, мистер Рамси.
Я тоже потерял сына
во время эпидемии.
Я тоже знаю, каково это,
когда тебе каждый божий день
отказывают в возмездии.
Тогда помогите.
Помогите восстановить справедливость.
Не хочу вас огорчать,
но я не отвечаю за эти прыжки.
Я их лишь программирую.
Кэсси?
Привет.
Говорят,
ты оправляешься в 1957-й?
Я лишь хотел
попрощаться.
Я тебе никогда не говорил...
Я помню тебя.
Из своего
детства.
Доктор Кассандра Райлли
из ЦКЗ.
Когда появилась эпидемия...
тебя постоянно показывали по телевизору...
Много одиноких ночей я провёл,
смотря в его экран.
Этого хватало, чтобы забыть
о мире, который катится в бездну.
Я же хотел сказать...
что...
Ты много значишь...
Дикон.
Прекрати.
Это была лишь одна ночь.
Ты пришла ко мне.
Мы были в ловушке,
окружены падальщиками.
В моём респираторе была дыра, и...
Слушай, я давно изменилась.
Так нужно было.
Только так я могу со всем справиться.
Понял.
Вот что я скажу:
ты наконец-то стала здесь своей.
Координаты введены.
Отель Эмерсон, Нью-Йорк.
3 января 1957 года.
Год, Джеймс.
Один год.
— Я... — Не переживайте.
Мы справимся.
Запускайте процедуру расщепления.
Нам нужна новая одежда. На нас таращатся.
Выпьем?
Почему бы и нет?
Слушайте...
Простите за тот разговор.
Я знаю, я решил всё за вас,
но спасибо за то, что вы оба здесь.
— Да без проблем. — Конечно.
Я знаю, в прошлом у нас были разногласия,
но то, что вы оба здесь
после всего...
много для меня значит.
Выпьем же за это.
— Будем, приятель. — Будем.
Не знал, что всё так серьёзно.
Пей до дна, Коул.
— Хорошо пошло. — Отличный, да?
Ага.
Получше того, что мы пили в «Уэст-7».
Это уж точно.
— Брага. — Брага.
Сливовое пойло.
90 градусов.
Без экономического, политического давления, а также полиции...
Жарковато стало.
Принять собственное решение... Тебе плохо?
— Да даже не знаю. И жить своей жизнью.
У жителей Западного Берлина теперь есть такая возможность.
Главная проблема в том, что перед США стоит
вопрос о защите Берлина летом 1961-го...
Какой сейчас год?
Осторожнее.
Все будет хорошо.
Они продолжат наслаждаться свободой.
Чем вы меня напоили?
— Прости, Коул. — Идем.
У нас не было выбора.
ГОД: 1961
Вот же черт.
Оператор. Кто вам нужен?
Соедините, пожалуйста, с нью-йоркским отделом ФБР.
Секундочку.
Господи!
Вы только посмотрите.
Ты нисколько не постарел.
О тебе такого не скажешь.
Ну что ж.
Та...
женщина из 44-го.
Генетически более совершенная Посланница.
Пару лет назад у меня была зацепка на неё,
но где-то в Европе след затерялся.
Мне это нелегко далось.
Жена ушла.
У меня есть внучка, с которой я не вижусь.
Наверное, ей лучше без меня.
От знания, что миру придёт конец,
становишься угрюмым.
Ага.
Слушай... Мои друзья...
Ага. Я засёк их паспорта в аэропорту Айдлвайлд.
Оба фальшивые.
Час назад они приземлились в Берлине.
Можешь достать мне билет и паспорт?
Мало им меня опоить, они меня ещё и ограбили.
Кажется, ты притягиваешь к себе подлецов,
как сток в ванной — волосы.
Красочное сравнение.
Коул, эти твои так называемые друзья
несутся навстречу неприятностям.
Доктор, за которым они охотятся, Киршнер, бывший нацист,
в бегах ещё со времен Нюрнбергского процесса.
Моссад хочет, чтобы он ответил за свои преступления.
В прошлом месяце его заметили в Восточном Берлине.
Его схватят и отправят в Израиль
для суда, но из-за возведения стены
дело осложнится.
Что это значит?
В Восточном Берлине строят стену, проходящую
точно через центр города.
Если они не смогут вытащить его,
плен может обернуться убийством.
И если твои друзья окажутся между
израильтянами и этим козлом...
Лучше поспешить.
Знаешь, Коул,
я давно тебя знаю.
В смысле?
Мы встречались один раз в 44-м, так?
Так.
Я хочу сказать...
Боюсь, однажды
твою преданность
используют против тебя.
Иногда лучше сделать всё самому.
Возможно, ты прав.
Но сейчас я без гроша
и не знаю немецкого.
Ты мне поможешь?
Где туалет? (нем.)
Покажем засранцам.
ВОСТОЧНЫЙ БЕРЛИН
Будь начеку.
Они могут быть где угодно.
Держи.
Очнись.
Что сделано, то сделано.
Да.
Согласно отчёту, Моссад схватил Киршнера,
когда опера закончилась.
Нужно найти его раньше их.
Подержи.
Извините...
Господин Воленд. (нем.)
Видишь? Сработало.
Вон те двое не похожи на счастливую парочку.
Моссад.
— Жди здесь. — Что ты задумала?
Даю тебе время схватить Киршнера.
Не удивительно, что они поладили.
Простите, вы говорите по-английсики?
— Извините, но нет. — Разрешите. (нем.)
Извините, я... так запуталась.
Я совершенно не говорю по-немецки.
Продолжай иди, козлина. Иди.
Это Берлинская опера на бульваре Унтер-ден-Линден? (нем.)
Отойдите. Нам некогда.
Стойте!
Брось пистолет!
Рамси.
Нужно что-то сделать. Они убьют его.
Заткнись.
Садись.
Говоришь на иврите?
На английском?
Да.
Только не по-немецки.
Не выношу немецкий.
Я не знаю тех людей!
Вы ошиблись.
Меня зовут доктор Стефан Воленд.
Я работаю в больнице.
Помогаю детям.
А как же дети в Маутхаузене?
В Аушвице?
Нам не нужен Киршнер.
Можете забрать его.
Мы хотим лишь задать ему вопрос.
Он знает о месте под названием «Титан»
и человеке, который зовёт себя Очевидцем.
Дайте нам с ним поговорить,
а потом делайте что хотите.
Ты...
Киршнер.
Вы не из ЦРУ.
Мы позвонили в агенство. Они вас не знают.
Так что сначала мы выясним,
на кого вы работаете
и как вы нашли доктора.
Есть два типа судов.
Первый проходит
в зале суда.
А второй —
в подобных комнатах.
Мой контакт сообщил, что твои друзья сорвали
операцию Моссада в Восточном Берлине.
Их задержали.
Чёрт.
Моссад и начальник местной резидентуры
весь день с ними разбираются.
Их записали как сторонников нацистов.
Что с ними будет?
Моссад заставит Киршнера исчезнуть.
Подозреваю, твои друзья исчезнут вместе с ним.
Можешь провести меня через границу?
У меня есть визы для нас двоих,
но вытащить твоих друзей будет трудно.
Я должен попытаться.
1961?
Что вы наделали?
Я изменил процедуру возврата.
Они вернутся через 4 дня.
Но у нас совсем не останется времени!
Наш лучший вариант — найти
и убить Очевидца.
Так что вам придётся ждать
так же, как я десять лет ждал
обещанного!
Спасения моего сына.
Всех нас.
А не всеобщего убийства.
Заприте доктора Адлера в его комнате.
Вы убили его?
Пока нет.
Он отдыхает.
Мы спросили ЦРУ об этом «Титане».
Они никогда о нём не слышали.
Так что это?
Код?
Буэнос-Айрес? Сан-Паулу?
Богота?
Местонахождение его друзей-нацистов?
Мы не имеем с ними ничего общего.
Ты хорошо переносишь боль.
А что насчёт твоей подружки?
Есть что-то в совместной полевой работе мужчины и женщины.
Близость, опасность...
от них кровь закипает.
Вы привязаны друг к другу.
Она очень красивая.
Тебя никто не заподозрит.
Тронешь её — я тебя убью.
На кого ты работаешь?
Ни на кого.
Куда вы вели на доктора Киршнера?
Мы кое за кем охотимся.
Как и вы.
Эй!
За убийцей
множества людей.
И человек в той комнате
может поведать нам, как его найти.
Ты не жилец.
Калеб, иди проверь.
— Коул. — Не надо.
Надо уходить.
— Мы нашли Киршнера. Он здесь. — Прекрасно.
Пусть здесь и остается. Мы уходим.
— Сначала нужно найти «Титана». — Он о нём не знает.
— Не мешай мне. — Эй.
Я видел незасекреченный отчет.
В нем упоминается о «Титане» только из-за того,
что вы упомянули об этом месте.
Ваша улика вами же и создана, гений.
Вы попусту тратите время.
«Титан». Эй, смотри в глаза.
«Титан». Где он находится?
Я не понимаю, о чем вы. Прошу, прекратите.
Эй. Хватит, Кэсси.
Что на тебя нашло?
Я все понимаю.
Очевидец влез к тебе в голову, использовал тебя.
Ты ослеплена жаждой мести.
Ты даже не видишь того, что он ничего не знает.
Он должен знать. — Эй!
И кто теперь слепой?
Знак Очевидца.
Давным-давно,
когда я был студентом,
со мной связался человек,
предвидящий будущее.
Он убедил меня продолжать работу в области евгеники.
Пообещал мне информацию,
которая продвинет мои исследования.
А потом...
он предупредил меня о войне.
О том,
чем меня попросят заниматься в лагере.
Ужасными вещами...
Это тебя не остановило.
Это было моей целью.
Для всеобщего блага
все средства хороши.
Не похоже на нацистскую доктрину.
Видите ли.
Грядёт масштабная эпидемия.
Говорят и такое.
В следующем веке
выживание человечества будет зависеть от иммунитета.
Иммунитет случаен.
У него нет ДНК-маркера.
Возможно, у большинства.
Но он есть у тех, кто был выведен, создан.
Они будут сильнее,
быстрее,
невосприимчивы к болезням...
К старению, к воздействию времени.
«Созданы»?
Вы создали человека?
— Герберт Уэллс. — Или Мэри Шелли.
Помнишь, в 44-м
Посланница упоминала «отца»?
Он создал нас чересчур стойкими.
«Он создал нас».
Вы создали Посланников.
А Посланники уничтожают мир.
Нет, пожалуйста.
Он может привести нас к Очевидцу.
Нет, пожалуйста. Очевидец...
Он лгал тебе.
Нет. Ты ошибаешься. Он не мог.
Коул... Джеймс Коул?
Вы знаете моё имя?
Очевидец много о тебе говорил.
Где ваши исследования?
В лаборатории в Восточном Берлине.
Образец там.
Незаконченный, в безопасности.
Если мы уничтожим его...
Мы, прежде всего, предотвратим
создание Посланников
и остановим парадоксы.
Если вы меня пощадите, я вас туда отведу.
Но нужно спешить.
У Очевидца есть люди, которые следят за мной.
Для них нет ничего важнее моей работы.
Если они решат, что я пропал...
Они придут.
Нужно придумать способ, как пересечь стену.
Я знаю способ.
Чёрт.
Они, должно быть, их только сейчас поставили.
Здесь стену все еще достраивают.
Мы можем проскочить. Пригнитесь.
И за мной.
Так, кто-то должен
пойти первым, отодвинуть доски.
— Тебя заметят. — Я пойду.
— Сказал же, я.
Господи боже, крутые парни,
хватит бравировать. Вот.
И чтоб ни звука.
Вперед, вперед.
Теперь вы.
Вперед, вперед.
Чтоб меня.
Уходим, ну же.
Иди.
Я прикрою.
У меня есть внучка.
Ей два.
Знаешь, что я вижу, когда смотрю на неё?
Девочку, которая уже мертва.
Её мир умирает,
и я ничегошеньки не могу с этим сделать.
Но ты можешь, Коул.
Иногда лучше сделать всё самому.
Гейл.
Гейл!
— Сколько ещё? — Пара минут. Перезапускается.
Приготовиться к возврату.
Где Гейл?
Ты всё ещё можешь получить желаемое, Коул.
Застрелив Киршнера,
мы уничтожим все его исследования.
Мы все выиграем.
Ага.
Может, вернуться к Гейлу и сказать, как нам повезло?
Вот моя лаборатория.
То, что вы увидите...
Если вы говорите правду...
Не дайте жалости взять верх.
Что это?
Мое творение.
Образец.
Ребёнок?
Почему она взаперти?
Это не просто ребенок.
У ребенка не должно быть столько сил.
Нужно научить её дисциплине,
контролю через ограничение.
Вы создали её?
Моё исследование было лишь теорией.
Потом Очевидец отправил ко мне женщину.
Необычную.
Без изъяна.
Я использовал ее яйцеклетки.
Папа?
Вот кое-что ещё.
Что это?
Записанное Слово.
Очевидца.
Если о вашем «Титане» где-то и упоминается,
то только здесь.
Папа?
Да.
Ты пришёл попрощаться?
Мама сказала, ты это сделаешь.
Ты предал Очевица, отец.
Он будет разочарован.
Дорогая,
тебе хотят навредить,
но я этого не допущу.
А где папа?
Сейчас пришла мама.
У тебя есть предназначение, милая,
поистине значимое.
Мне не остановить кровотечение.
Нельзя отдавать им ее.
Нам нужно Слово!
Ребенок важнее всего.
Машина запущена.
Запустить процедуру расщепления.
Началось.
У нас мало времени, Рамси.
Помоги мне.
Машина на заднем дворе! Уводите девчонку!
Она уходит.
Что ты делаешь?
Чёрт побери, Рамси!
Твой новый дом.
Нравится?
А где отец?
Его жизненный цикл закончился,
душенька.
Он просил передать тебе.
Мама позаботится о тебе.
И за тобой будет приглядывать
старший брат.
Неплохо, да?
Не переживай, любимая.
Теперь мы под его опекой.
Его?
Очевидца.
Он покажет тебе мир, в котором нет боли,
нет смерти,
нет ни начала, ни конца.
Разве не прекрасно?
Он позаботится о тебе, и никогда-никогда
не бросит.
Я не понимаю.
Со временем поймешь.
Твой отец многого достиг.
Но какое его самое важное достижение?
Ты.
Оливия.
У тебя есть предназначение, Оливия.
Ты особенная.
Кровь дает тебе силы,
защищает от болезней.
Ты будешь медленнее стареть
и быстрее выздоравливать.
Именно ты приведешь
в мир без времени,
и смерти.
Ты.
Слово Очевидца.
Раньше я ждала день, когда
лес станет красным, и я снова тебя увижу.
Ты сказала, что Очевидец никогда меня не покинет.
Ты обманула.
О чём ещё ты солгала?
Я покидаю большой цикл.
Во всяком случае на время, пока он там.
Прощай, мама.
Мы лишились стольких дней!
Нам не успеть.
До красного леса рукой подать.
Вы понимаете, что через несколько часов
буря уничтожит вся лабораторию?
— Мы нашли «Титан». — У нас нет на это времени.
— Отведите их в камеру. — Погоди, Коул.
Так нельзя. — Сейчас же!
— Коул... — Ваша миссия закончена.
Не тебе решать.
Вы сами все решили в 61-м.
Достаточно.
Уитли, делай свою работу.
Коул, прости, что я обманула тебя.
Но мы все еще можем успеть.
Никаких «мы» больше нет.
Теперь уж точно.
Коул.
И грянул гром.
Переведено на Нотабеноиде http://notabenoid.org/book/63386/312331
Переводчики: trans_LATE, cloudmachine_