Ранее в сериале...
Макс рассказал о Фрэнни.
Я лишь могу только выполнить постановление суда.
Надеюсь, что смогу убедить судью, что я изменилась.
Ты вернёшь её.
Иранцы придерживаются условий соглашения.
Нет никакой параллельной программы с Северной Кореей.
Надеюсь, у тебя есть доказательства.
О да.
Маджид Джавади.
Мэм, это генерал-майор Маджид Джавади.
— Договор нарушен. — Маджид.
Мы выполняем параллельную программу в Северной Корее.
Прошлой ночью он говорил мне прямо противоположное.
Мадам избранный президент.
Мне нужно поговорить с вами.
Джавади лжёт. Это единственное объяснение.
Нет, не единственное.
Я могу придумать другие,
включая то, где вы ошибались,
и где я ошибалась слушая вас.
Прощайте, Кэрри.
Почему, Маджид? Почему?
Потому что я не хочу провести остаток своих дней
озираясь через плечо.
Ты держал связь с Дар Адалом?
Я сделал ставку.
И в итоге получил верняк.
Ты сможешь сделать это, жить здесь?
Ложись!
В машине есть пистолет, я схожу за ним.
Астрид, нет!
Родина (Сезон 6 ) Серия 9 «Виртуалы»
Первая революция — это когда ты меняешь
свой взгляд на происходящее
и видишь, что есть другая точка зрения,
которую тебе не показывали.
Жестокость в отношении протестующих,
превращение правоохранительной системы в военную.
Вот почему мы должны продолжать попытки.
Чтобы побороть терроризм, нам не нужно
полицейское государство в этой стране.
Нам нужна новая стратегия.
Революция не будет транслироваться по ТВ.
...система бессрочного заключения...
ФБР и ЦРУ нацелены на мусульманские общины...
Охрана. У нас здесь буйный, непослушный пациент.
— Отвалите от меня! — Как его зовут?
— Питер Куинн. — Питер Куинн.
Ты не сможешь остаться дома, брат.
У тебя не получится подключиться, пустить в ход или отвертеться.
Это очень опасное обвинение.
Русские хакнули наши Комитеты.
Продолжение нескончаемой войны.
Вбей это в свою тупую черепушку.
Революция посадит тебя за руль.
США продолжают вести
тайную войну с очень высокими ставками.
У меня есть обещания, и я не нарушу их.
Этот мир начался сразу после 11 сентября.
Революция не будет транслироваться,
не будет транслироваться. Её не будут показывать повторно,
братья и сёстры. Революция будет в прямом эфире.
Какое агентство?
Я не могу сказать это на открытом заседании, сэр.
Ты спасла меня.
Да.
Зачем?
Фрэнни не застала отца.
Он умер до её рождения.
По правде говоря, я даже сомневалась, стоит ли мне рожать.
Не потому, что боялась стать плохой матерью.
Хотя для кого-то это само собой разумеется.
Дело в том, что...
У нас с её отцом...
Были очень весьма глубокие отношения.
Как бы сложной ни была моя жизнь,
его жизнь была в тысячу раз напряженнее.
И это плохо закончилось.
Очень плохо.
Может, я боялась, она станет напоминанием.
А она им стала?
Ну, её отец был рыжим,
и... и у неё тоже рыжие волосы,
так что поначалу,
когда я смотрела на неё,
и видела...
Видела, что его больше нет.
Она напоминала вам о его отсутствии.
Не только это.
О том, какую роль сыграла в этом я.
Я знала, к чему всё идёт.
Я... я знала.
И я подтолкнула его к этому.
Мне правда...
мне это не нравится.
Никому не нравится.
Ради того, чтобы увидеть дочь,
я готова рассказывать о чём угодно, но...
Но вам кажется, это нечестно.
Я не верю, что вы в состоянии это понять.
Послушайте, все детали вашей жизни мне неизвестны, это так.
Но я знаю, что вы служили в ЦРУ, и я умею пользоваться "Гуглом".
Так что я в курсе, о чём вы.
Хорошо. Так что, возможно, поймёте это.
Питер Куинн,
мужчина, который жил у меня...
который по их словам взял Фрэнни в заложники.
У меня с ним тоже глубокие отношения.
Не как с её отцом,
не физические, но...
Он чуть не умер в прошлом году в Берлине.
Мне удалось его спасти, но...
Как он вёл себя последних пару месяцев,
как будто бы хотел закончить задание.
Поэтому я привела его в наш дом,
потому что....
не хочу пройти это снова.
Я не могу потерять ещё одного человека.
Я хочу, чтобы послушали меня.
Послушали и попытались услышать.
Все родители проходят через то же, что и вы.
Есть вы,
и есть ваш ребёнок.
И как вам найти в этом баланс? Чтобы это сработало?
В четыре года им нужно немногое,
но иногда им кое-что нужно.
Им нужно, чтобы их ставили на первое место.
— Дар. — Мадам избранный президент. Роб.
Знаю, брифинг запланировал на завтра,
но кое-что всплыло.
Касательно меня?
Роб, оставишь нас?
Мэм, если можно, я должен перед вами извиниться.
В первую встречу у нас с вами не заладилось,
и виноват в этом только я.
Дело не в этом.
Прошу, присаживайтесь.
На самом деле, я вызвала вас
для разъяснений.
— По поводу? — Ирана.
И о плане действий на тот случай,
если, как вы предположили,
что они нарушают ядерную сделку.
Простите, я должен задать вопрос. До меня дошли слухи
о некоем иранском перебежчике высокого ранга.
Очень высокого ранга. — Это не слухи.
— Как его зовут? — Маджид Джавади.
Он закинул удочку,
сказал, что у него есть важная информация.
Меня уверили,
что она касается попыток израильтян
подорвать наше соглашение с Ираном.
Но сообщил он совершенно другое.
Иран нарушает ядерную сделку.
Я попросила Сола Беренсона
вернуться в Лэнгли.
Чтобы не было путаницы,
да, он был замешан в этом...
скажем так, недоразумении.
В защиту Сола скажу,
что ошибиться в таком деле просто.
Ответственности это не отменяет.
Должен сказать, вы меня впечатлили.
Думайте, что хотите, но я не идеолог.
Меня правда волнует безопасность моей страны.
Как и меня.
Поэтому я хочу прояснить масштабы
плана, который вы запрашивали.
То есть?
Это вопрос не только
количества инспекторов или строгости санкций.
Прежде всего,
кто нас представляет в мире.
Скажем, госсекретарь.
Те, кому вы планировали поручить повернуться к Ирану лицом,
едва ли смогут выдвигать ультиматумы.
Сначала санкции.
Но составьте список новых имён.
Я ничего не исключаю.
Как прошло?
Правда не знаю.
– Ты увиделась с Фрэнни? – Нет.
Мне нужно вывалить на себя кучу говна,
после чего может они позволят, а может и нет –
увидеться однажды со своим ребёнка под их надзором.
С другой стороны,
мозгоправ сказал что скоро со мной свяжется.
Плюс, он улыбался, так что...
Скрестим пальцы.
Что это?
Если верить телефонным записям,
это то откуда Конлин тебе звонил
перед тем как его убили.
– Выглядит заброшенным. – Ага, но я так не думаю.
Все эти вакансии,
каждая ведёт на этот адрес.
Что-то вроде стартапа.
Они нанимают сотрудников как чокнутые.
"Крупномасштабное кластерное управление,
Аврора, стек Linux-Apache-MySQL-Perl..."
Интернет-поддержка, социальные медиа.
Что кого они ищут.
– Ты в этом разбираешься? – Да, вполне.
Я подал заявку.
– Макс. – Я знаю.
Ты только что сказал, что Конлин погиб после того как побывал там.
Я знаю, но это место – чёрный ящик.
Мне имеет смысл хотя бы сходить
и... и узнать как оно называется.
Если только тебе интересно.
Конечно мне интересно.
Я также провела полтора часа с мозгоправом, который напомнил мне
как я подвергаю людей риску не обдумав всё дважды.
Что ж, у меня уже было собеседование по скайпу.
Они хотят чтобы я приехал после обеда.
– Макс... – Дело не в тебе.
Дело во мне.
Они сказали, что это невозможно.
Что избранного президента невозможно продавить.
Так они говорили.
Но в результате оказалось – можно.
И я обязан этим только тебе.
Ты ещё любишь это, правда?
– Победу? – Игру.
Да брось.
Ты же тоже.
Что ж, я всё.
Как только получу вторую половину денег, я всё.
45 миллионов долларов.
И дальняя дорога – куда там? – в Коста Рику?
Думаю, я придержу свои планы на пенсию при себе.
Без обид. – Без обид.
Благодаря тебе, на меня злятся куча людей.
Моя собственная организация,
они повесили бы меня на кране, если б дотянулись до меня.
А Сол,
Сол остался мной крайне недоволен, когда мы последний раз с ним виделись.
А также Моссад.
Что Моссад?
А как ты думаешь?
А им какого чёрта злиться?
Я лгал для них.
Я их жопы спас.
Да, это так, в этот раз да.
Но Маджид, ты сбрасывал на их головы ракеты
последние 30 лет.
За это придётся заплатить.
Ты откроешь?
О, я забыл упомянуть об этом раньше,
но наши партнёры из Моссад пришли ко мне
когда узнали, что ты в этой стране.
Я сказал им "Оставьте его в покое.
Он делает для нас важное дело".
Которое я делал.
Я сдержал свою часть сделки.
Теперь время тебе сдержать свою! – Я знаю.
Ты абсолютно прав.
Но Моссад решили,
что глава КСИР
должен им многое рассказать.
К сожалению, я не смог их переубедить.
Алло?
Это неправильно.
Не могу не согласиться.
Тогда отзови их.
Я не могу.
Это не мне решать.
Я ещё имею для тебя ценность, для разведки.
Сол, ну же, давай.
Давай, давай, давай.
– Меня отозвали в Лэнгли. – Сол.
По приказу, ебать её, избранного президента.
Постой. Просто послушай.
Что послушать?
Если это имеет значение,
некоторые предлагали вернуть тебя в Тегеран.
Я сказал им, что это жестоко.
Совершенно неприемлемо.
По-твоему, я должен быть благодарен?
Джавади и Дар.
Джавади в беде.
Ты должен отследить звонок. — Твою ж мать.
Видел Нэйта? — Нет, сэр.
— Нэйт Джозеф. Где он? — Он там.
Нэйт!
— Мистер Беренсон. — Мы должны отследить звонок.
Определить место. — Да, конечно.
Моя семья — моё дело.
Поверь, мне это удовольствия не доставляет.
Нет. Нет. Нет.
Нет. Нет.
Нет!
— Нет! Нет! — Быстрее.
Не стоило верить тебе!
Надо было помочь Солу и Кэрри!
Где они?
Пока ещё не знаю.
Быстрее.
Сол, ну что там?
Где он?
Погодите. Что-то есть.
Они где-то в Мидтауне.
В восточной части, кажется.
Нет, нет, нет. Ну же.
Погодите...
Слишком поздно.
Мы опоздали.
Сэр? Мэм?
Есть кто дома?
Управление шерифа!
Открывайте!
Есть кто дома?
Дженсен? Дженсен!
Подойди!
Смотри сюда.
Тот кто жаловался на стрельбу не шутил.
Боже.
Диспетчер, это Дженсен,
запрашиваю подкрепление в дома МакБрайда, Олд Лейк Роуд,
задний вход, следы от пуль.
Кровь внутри дома.
Нахрен. Я захожу.
На ресепшене все уверены, что он не выписывался.
Никто ничего не видел.
И камеры наблюдения, разумеется, были отключены.
Значит мы понятия не имеем как всё пошло.
Да. Что-нибудь нашли?
Телефона нет.
Ничего.
Не понимаю. Его телефон привёл нас сюда.
Да, прямо на этот этаж.
Это апартаменты этого джентльмена.
А это здесь откуда?
– Он здесь? – Ш-ш-ш.
Вот он.
Значит это он, тот иранский банкир?
Фархад Нафиси. Да.
Что он говорит?
Он спрашивает, почему Нафиси лгал.
Ему заплатил Моссад.
Чтобы обмануть нас.
Чтобы мы поверили, что Иран ведёт
параллельную ядерную программу с Северной Кореей,
в нарушение нашего с ними договора.
Они говорят, вас нужно...
Что? Что меня нужно?
Вас нужно воспитать.
И теперь я должна этому поверить.
Это был подарок от обречённого человека.
Он хотел, чтобы мы знали правду.
Правду.
Что Моссад использовал этого Нафиси
в тщательно проработанной игре,
чтобы заставить меня отказаться от моей политики по Ирану.
Не только Моссад.
Некто в Агентстве
был крайне вовлечён в эту операцию.
Тот же человек был в гостиничном номере с Джавади,
когда его сдали Израилю.
И кто это был?
Дар Адал.
Вот кто заставил Джавади изменить свой рассказ.
Дар Адал.
Знаете, сегодня он сидел прямо здесь
и врал мне об этом снова и снова,
подобострастный говнюк!
Да что с вами со всеми?
"Сообщество разведчиков".
Кто вообще такое может придумать?
Мэм, мы должны обсудить
ещё кое-что,
чтобы окончательно всё прояснить.
Что, есть ещё хорошие новости?
Теракт.
Был человек, который следил за мной,
возможно чтобы задокументировать моё с вами взаимодействие.
В ночь перед взрывом
он провёл несколько часов в фургоне,
который на следующий день вёл Секу Ба.
Мы думаем, за это время он разместил бомбу,
и что Секу Ба подставили.
Вы имеете в виду "убили".
Такое возможно?
За день до того как бомба взорвалась,
Дар встретил меня у школы моей дочери
и недвусмысленно велел
не лезть.
Это всё что мы знаем точно.
Как нам его остановить?
В чём дело? Что за проблема?
С его собеседованием есть кое-какие отклонения.
Уклончивость.
– О чём? – О годовом промежутке в его резюме.
Как он его объяснил?
Никак.
Тогда почему мы вообще это обсуждаем?
Потому что это его резюме вы назвали "почти идеальным".
Ладно. Я с ним сам поговорю.
Макс...
Пе...тровски?
Вот так резюме, Макс.
Железо, софт и допуск по безопасности.
Тройное комбо.
Предполагаю, это PRISM?
– Допустим. – Для Агентства?
– Нет. – В смысле, внештатно?
Не выношу политику.
Особенно сейчас.
О, я тебя понимаю.
Боже, как я тебя понимаю.
Так что, Макс,
она тебе рассказала в чём проблема?
Она не сказала, что это было проблемой.
Было.
Она не спрашивала тебя про пропущенный год?
Хочешь рассказать мне?
Нет.
Тогда, к сожалению, на этом у нас всё.
Макс, помоги мне.
Я не хочу тебя отпускать. Думаю, ты будешь тут полезен.
Но ты знаешь распоряжения...
Пустые места заставляют людей нервничать.
Ты должен мне что-нибудь сказать.
Это личное.
Что мы с тобой знаем?
Ничего личного больше нет, не так ли?
М и М?
В тот год, от сих до сих,
я курил мет и занимался мастурбацией.
И что отправило тебя в такой штопор?
Можешь мне сказать?
Я...
работал.
За рубежом.
Я потерял кое-кого
важного для меня.
Она была...
убита.
Я провёл тот год желая чтобы на её месте был я.
Макс, жди здесь.
Бери его. Он будет работать с нами.
Ёб твою мать! Это ж мой грузовик!
Твою мать.
Кэрри. Ты знаешь генпрокурора.
Не лично.
Джордж Пэллис, познакомьтесь с Кэрри Мэтисон.
Я пока не анонсировала,
но Джордж будет важной частью моей новой администрации,
возглавляя Министерство юстиции.
Мы лишь немного поторопим события.
Вы вскрыли непростую ситуацию.
Начнём?
— Может, дождёмся Сола? — Он скоро подойдёт.
Мадам избранный президент рассказала мне
о попытках Дара фальсифицировать данные по Ирану,
и о его возможном участии в теракте.
— Не просто "возможном". — Согласен,
и для ясности, подобные обвинения меня и пугают,
потому что я согласен.
Однако, с точки зрения закона,
мы должны понимать вот что,
ни один судья не даст добро
на преследование Дара Адала
на основании подобных доказательств.
У нас есть видео разговора.
Да, иностранный агент называет Моссад,
и то под пытками.
Ещё у нас есть фотографии неизвестной третьей стороны
возле неких белых фургонов.
И у нас есть мертвый агент ФБР,
предполагаемо от рук той же третьей стороны,
но мы точно не знаем.
Я ничего не упустил?
Так, какой план?
Короче говоря...
Вы.
Пару недель назад, ты рассказала нам с Робом
о ситуации в Берлинской резидентуре.
Дар скрыл факты о внедрении туда российского крота.
Он солгал в отчёте Конгрессу.
Это преследуется по закону о шпионаже.
Так, я думаю, что нам нужен Сол
для этого разговора.
Ты была готова дать показания.
Я сказала, что мне не хочется этого делать,
потому что у Сола будут проблемы.
А теперь не хочется тем более. Всем нам.
Не я это раскрыла, а Сол.
Он по своей инициативе поехал
на оккупированную территорию,
чтобы встретиться со своим давним агентом.
Только из-за этого все мы сейчас здесь.
Только из-за этого нас не поимел
Дар и ебучие интриганы.
Прошу прощения.
Кэрри, я тут новоприбывший,
но мне уже ясно.
Ваше заявление под присягой о событиях в Берлине,
только так мы прижмём Дара.
Я поговорю с Солом.
Для него будет помилование,
в конечном итоге.
Но всё же я должна поговорить с ним.
Ваш пропуск на парковку в конверте,
вместе с правилами парковки,
которые, скажем так, достаточно сложные.
Прочтите их, или вашу машину эвакуируют. И я не шучу.
– Хорошо. – Вам далеко будет ездить до работы?
Нормально.
Если вы будете жить здесь в апартаментах,
на них корпоративные скидки. И бассейн.
Много сотрудников пользуются возможностью.
Если заблудитесь, вы на Уровне 6, Зона 3.
Что такое OPC?
Никто не должен знать.
Вот, это ваше.
Всё в порядке?
Да, наверное.
Это он?
Макс – Трент. Трент – Макс.
Дайте знать если что-то понадобится.
Да.
О'Киф сказал, ты тот самый.
Смотря что ты имеешь в виду.
Моя сеть пошла по пизде.
22000 виртуалов пропало,
как раз когда должен был состояться большой пуш.
Думаешь, ты сможешь с этим справиться?
Показывай.
Кэрри?
Я посмотрел видео Нафиси,
перевёл его.
Напрямую он и правда не упоминает Дара,
только Моссад, но есть косвенные упоминания
американского вмешательства, достаточно.
От Кин что-нибудь слышно?
Да. Они подключили генпрокурора.
Хорошо.
Так, когда мы встретимся?
По правде говоря, я только что от них.
Правда?
Что случилось, у них нет моего номера?
Нет, случилось то, что...
Генпрокурору недостаточно доказательств.
Это неправда.
Недостаточно, чтобы обвинить его.
Он сказал, что единственный способ прижать Дара...
привлечь его за сокрытие проникновения
в Берлинскую резидентуру.
Ты рассказала им за Берлин?
Пару неделю назад. Это обещали не использовать.
Дело в сокрытии, Сол, это на Даре.
Он должен был сообщить не только за проникновение агента...
— Прошу. — Но ещё за то, что бросил агентов
в поле после того,
как их раскрыли. — Перестань. Остановись!
Кому интересно сокрытие?
Проникновение произошло из-за меня.
Это я связался с русской шпионкой.
Я знаю.
Все мои дела,
вся моя карьера будет смыта.
Все будут помнить только это.
Кин благодарна. Она пообещала тебе помилование.
Помилование.
Это многое.
А как же управление?
Ну, управление переживало и худшее.
Не тогда, когда президент хочет закрыть его, Кин хочет.
Ты же в курсе этого, да?
Не отворачивайся, чёрт возьми.
Отвечай. Скажи что-нибудь.
Может, тебе не стоило ебаться с русским кротом.
Ну, а ебаться с мужиком в поясе шахида,
кто бы говорил.
Возьми уже трубку.
— Алло? — Кэрри Мэтисон?
— Да. — Здрасте.
Это Мария из органов опеки.
Вам разрешено встретиться с дочерью
завтра в нашем управлении.
Знаете, где оно находится?
Да.
В три часа.
Спасибо вам. Спасибо вам огромное.
Не за что, мисс Мэтисон.
До завтра.
Пришёл Дар.
Он уже в здании.
Не поздно ещё отменить встречу.
Она была запланирована.
Могу подменить вас.
Нет. Никаких изменений. Не хочу чтобы он что-то заподозрил.
Он должен принести мне список своих рекомендаций в кабинет министров.
Джордж считает, мы увидим
кто ещё является близкими соратниками Дара.
– Это будет отлично. – Да,
предполагая что я вынесу находиться с ним в одной комнате.
Дар.
Госпожа избранный президент.
Могу я предложить вам что-нибудь выпить?
Для меня ещё немного рано.
Могу предложить только кофе и сок.
О. Кофе.
Некрепкий.
Прошу, садитесь.
Благодарю.
Должна признаться, я не то чтобы незнакома
с кое-чем покрепче в такую рань.
В самых несговорчивых округах всегда есть бары,
которые открываются в 6 утра, когда ночная смена заканчивает работу.
Хотите завоевать их голоса, нужно быть готовым
опрокинуть парочку на завтрак.
Для нас, арабистов, это чай.
На моём первом посту,
местный предводитель рода приветствовал гостя,
очищая его чашку для чая своим плевком.
Если вы откажетесь от такого гостеприимства, что ж...
Будем надеяться, здесь сервис лучше.
Два дня подряд.
Мэм, для меня это честь.
Что вы думаете?
Мы движемся к ежедневным совещаниям?
Такое будет только с Директором.
Я же сказала, выкладываем всё на стол.
Ну так что у нас?
Вы сказали, у вас для меня есть имена.
О, это же он, да?
Ваш сын, Эндрю.
Да.
Только представьте, как горд бы он был вами, видя вас здесь.
Так.
Я вижу аккаунты Facebook, Instagram, Twitter...
4chan, 8chan, сраный LinkedIn, всё такое. Мы здесь.
И этот интерфейс маскирует твою личность.
Маскировал пока не перестал работать.
Тебе О'Киф что-нибудь обяснял?
Нет, не совсем.
Ладно, смотри.
Значит, эти виртуалы, которых ты потерял,
это просто куча фальшивых пользователей
с онлайн-профилями, которыми ты управляешь, так?
Я бы не сказал "фальшивых".
Что это?
Подожди.
– Что это? – Просто подожди.
Вот, значит система использует здесь
динамические прокси, чтобы замаскировать твоё местоположение,
но есть конфликт с фаерволом.
Я написал "костыль", и...
Что-нибудь из этого знакомо?
Злоебучка?
– Здесь. – Боб-из-Ирака.
– Это я. – ЖенаМоряка.
Это тоже я.
– ПоклонницаДельтаФорс. – Йо!
Так мы снова в деле?
Это ты мне скажи.
Каникулы кончились.
Вы найдёте новый набор тем для обсуждения в ваших папках.
– Приведём в ярость! – Да.
– Поехали! – Да!
– Поехали!
Вам там нормально?
Да. Нормально.
Не слишком жарко?
Нет.
Длинный день, сэр?
Позволь кое-что спросить.
– Валяйте. – Я что-нибудь сделал,
что угодно? – что подсказало тебе, как мне интересен
звук твоего голоса?
Нет, правильно?
Так закрой свой грёбаный рот.
На здоровье.
Ты не на озере.
Нет.
Скажешь почему?
Если не хочешь сказать что тебя тревожит,
как я могу тебе помочь?
Ты пытался меня убить.
Мужик которого ты послал.
– Какой мужик? – Тот ебучий мужик!
Я не понимаю о чём ты говоришь.
А ну стой.
Питер, я бы никогда не причинил тебе вред.
Ты это знаешь.
Не знаю.
Я вытащил тебя из карцера.
Значит ты знал где я был.
В безопасном месте. В этом и был смысл.
Боже, я заставил прилететь Астрид из Берлина,
чтобы она о тебе заботилась.
Астрид мертва.
Что?
Как? – В каком смысле "как"?
Тот мужик в шапке, он её застрелил!
Послушай меня.
Мы с этим разберёмся. – Нет!
Вместе, как всегда.
– Где он? – Я тебя вырастил, Питер.
– Стой там. – Ты моё дитя.
Больше чем это.
Я бы никогда не навредил тебе.
Никогда.
Я тебя люблю.
Клянусь богом, это истинная правда.
Нет.
Если ты этому не веришь, прошу,
просто спусти курок.
– Да? – Ты, блядь, что сделал?
Вы звучите ужасно.
Я же сказал тебе оставить его в покое.
А я сказал вам, что были другие мнения.
Ты передо мной отвечаешь, уёбок.
Передо мной, слышишь?
Да, слышу. Но и вы тоже послушайте.
Хорошие новости в том, что мы больше не услышим вашего мальчика,
рассказывающего бог знает что бог знает кому.
Ты правда...
Ты правда так думаешь?
Он только что был в моём доме, тупой ты мудила.
– Что? – В моём доме,
и искал тебя.
Не могу поверить, что вы звоните мне по открытой линии.
Блядь.
Синхронизация и правка n17t01 www.addic7ed.com
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. Его статус: перевод редактируется
Переведено на Нотабеноиде http://notabenoid.org/book/67402/359333
Переводчики: twelve, MuJI