- Это займет не больше часа.
- В прошлый раз ты говорил, двадцать минут.
Мы движемся в обратную сторону.
- Твоя одержимость временем
только доказывает целесообразность эксперимента.
- А я тебе говорю, самодельная лампочка не стоит того,
чтобы менять электрический щиток.
- Ты меня дразнишь.
Ксеноновая дуговая лампа такого размера беспрецедентна.
Если бы мой эксперимент удался,
мы бы день и ночь наслаждались солнечным светом.
Само понятие времени суток перестало бы в этих стенах
иметь смысл.
- Но у тебя ничего не вышло. А я не могу найти новый шарф.
- Такой, в огурцах? Я его выбросил.
Он был весь в слюне и изжеванном подорожнике.
- О чем ты? - Тот случай со змеей
на прошлой неделе. Мне нужна была перевязка.
- И ты взял...
Мне этот шарф мама подарила.
Я завтра с ней встречаюсь и хотела надеть.
- Любопытно. - Что?
- Ну, помимо того, что Мэри Ватсон - невероятно опекающая мать,
она еще и образец последовательности.
Вы обычно встречаетесь каждый третий понедельник месяца.
Так почему вдруг завтра?
- Не знаю, но ее голос по телефону звучал расстроенно,
и я решила ее задобрить, надев на встречу ее подарок.
- В таком случае я оказал тебе услугу.
Увидев, насколько промахнулась с выбором,
она наверняка бы усомнилась как в твоем,
так и в своем вкусе, так что...
- Иди лучше чинить свет.
ИГРАЕТ МУЗЫКА В МАШИНЕ - Я тебе говорю, он просто отморозок.
Как будто я должна поверить, что Денис случайно оказался
сегодня в том же клубе.
Говорю тебе, когда-нибудь мой скелет обнаружат на его диване. Погоди.
Ненавижу эту песню.
И вообще, я заблудилась.
- Эй!
Эй!
Вы в порядке?
Боже мой.
- Быстро вы, ребята, приехали.
- Мы не спали, когда ты написал.
- Рано ложимся, рано встаем.
В жизни без электричества есть определенные преимущества.
Так что тут?
- Дорожные разборки.
Жертва - Элли Ньюмайер, студентка из Йонкерса.
Судя по машине и одежде, я бы сказал, она заблудилась,
возвращаясь с вечеринки.
Не уступила дорогу, въехала убийце в бок,
а он проломил ей череп.
- Следы краски что-то дали?
- Высота и цвет говорят, что это был белый фургон или грузовик,
но это все, что нам известно об убийце.
Ни видеокамер, ни свидетелей.
- Тем не менее
у вас тут все под контролем.
- Ты не хочешь работать? - Над чем?
Мне разослать ориентировку? Или прочесать местность?
При всем уважении, в этом деле нет ничего интересного или сложного,
разве нет?
- Взгляни на тело. - Детектив...
- Просто взгляни на тело.
- А не проще было просто сказать?
- Что?
- Эту женщину не просто убили.
Она превратилась в мумию.
ЭЛЕМЕНТАРНО
- Вы не поверите, что это было.
- Хладагент?
- Вам дали результаты экспертизы?
- Нет, но я уже такое видела. К нам как-то попал мужчина.
Ремонтировал кондиционер.
Чистил охладитель и пролил на руку немного жидкости.
- А я просто знал.
Вы лучше скажите, какой хладагент.
- Р-22. Мерзкая штука.
Это из-за него жировой слой истончился.
Он способен извлечь из человеческой плоти любую влагу.
- Боль была бы ужасной, если бы она не была мертва.
- То есть порядок событий вы тоже знаете?
- Лицевые мышцы были расслаблены,
значит, в момент смерти она не страдала.
- Могу поделиться догадками об орудии убийства.
Старая монтировка. В ране немного ржавчины.
Судя по углу, вам нужен крупный правша.
Высокий, сильный.
- В Нью-Йорке едва ли больше миллиона людей, попадающих под это описание.
- Тело и одежду не трогали. Никаких отпечатков.
Увы, ничего, что могло бы сузить поиск.
- Хладагента вполне достаточно.
Едва ли есть много людей, перевозящих большие количества Р-22.
Мы составим список мест, где держат запас хладагента:
компании по ремонту теплохладотехники, химзаводы и, конечно,
склады продуктов питания по соседству с местом преступления.
Займемся? - Давай ты сам, я не могу.
Я обедаю с мамой, если помнишь.
- Не мрачней так.
Мне придется иметь дело с тысячами огромных мясников.
А тебе - с одной маленькой вегетарианкой.
- Мам, ты разве не получила мою СМС, что я опоздаю?
- У меня парикмахер, я не могла сдвинуть.
Ты тоже в делах, да?
- Да, новое дело. Но я тебе потом расскажу,
тут не лучшее место.
- Да неважно.
Мне все равно пора, так что я сразу к делу.
Ты должна поговорить с братом.
- Зачем?
- У него есть любовница.
- Что?
- Полгода после свадьбы - и уже началось.
Он разрушит свой брак.
- С чего ты взяла? Он что-то сказал?
- Ты знаешь, я у них гостила на той неделе.
Они с Гэбриел выглядели счастливыми.
Как новобрачные.
Как-то я поехала на машине за покупками.
А когда вернулась, то увидела, как Орен возле гаража
целуется с какой-то блондинкой.
- А как он это объяснил?
- Я не сказала ему, что все видела.
- Ты с ним не говорила?
- Я не могла.
После того как ваш отец мне изменил,
Орен с нами практически не разговаривает,
хотя моей вины там не было.
Но я поняла,
что о таком говорить непросто.
- Да, но я не понимаю, как мое вмешательство
может чем-то помочь.
Разве что тебе.
Что ты хочешь, чтобы я сделала?
- Он слушает тебя, Джоан.
Может быть, он послушает, если ты ему скажешь.
- Вы уходите? Что, появились какие-то зацепки?
- Мы обзванивали крупных поставщиков и покупателей Р-22
и обнаружили, что торговля именно этим хладагентом
в последнее время заметно сократилась.
- В 90-х годах был разработан план постепенного отказа
от этого хладагента,
чтобы сократить выбросы, разрушающие озоновый слой.
К 2020-му производство и продажа Р-22 в Соединенных Штатах
будут полностью запрещены,
а в этом году - сокращены на 56%.
И как вы уже, наверное, догадываетесь,
такая регуляция вызвала стремительный рост цен на новом черном рынке.
- То есть рефрижераторный бизнес - нынешний Дикий Запад?
- Ну, не совсем. Но знакомый из ФБР говорит,
многие производители сейчас превышают лимит и продают избыток неофициально.
- К счастью, кражи тоже участились.
- О да, к счастью. - Дает нам пару зацепок.
В двух нераскрытых случаях свидетели упоминают
подозрительные белые автомобили.
- Так что мы с Ватсон отправляемся на каток,
а детектив - на рыбный рынок.
- Будет много интересных запахов. Не хотите присоединиться?
- Мне и тут хорошо. Если что, сообщайте.
- Ну, и где он?
- В отчете сказано, что он тут работает уже 12 лет.
Будь я на его месте,
меня бы только электропогонялкой сдвинули с места.
Ты необычайно нетерпелива.
- Я замерзла, ты нет?
- Как прошел обед с мамой?
- У моего брата любовница.
- У Орена есть любовница?
- Да, и она хочет, чтобы я это... исправила, в общем.
- Как это тебя касается?
- Никак, просто я самая нормальная в этой семье.
Мама, отчим, брат -
у них у всех свои тараканы,
и иногда им нужен арбитр.
- Кажется, все же есть смысл в том,
чтобы находиться через океан от родных.
- Да, конечно, у вас в семье нет никаких проблем. Разумеется.
И вы все нормальные.
- Нам не нужны арбитры.
Если бы не это недоразумение,
что развитый человеческий мозг не может пройти
через раскрытую шейку матки,
мы бы могли полностью избавиться от связи между родителями и детьми.
- Я люблю свою семью.
- Вы с Ореном обедаете, посылаете друг другу открытки на Рождество,
но раздражает тебя то, что сходство ДНК как будто делает
его внебрачную гимнастику твоей ответственностью.
Семья связывает,
но если один конец этой связи поддерживает нашу цивилизацию,
другой - петлей душит нашу индивидуальность.
Разрежь уже пуповину, Ватсон.
- Вы полиция?
- Мы консультанты полиции Нью-Йорка.
Я Джоан Ватсон, это Шерлок Холмс.
А вы здешний управляющий, мистер Уайсмен?
- Да. Кимми сказала, вы хотите поговорить.
- Мы с мисс Ватсон расследуем убийство.
- Убийство?
- Есть вероятность, что тот, кто похитил у вас канистры с Р-22
в прошлом месяце,
теперь забил до смерти девушку.
Не будете ли вы так добры показать нам место кражи?
- Пару месяцев назад
я зашел сюда убрать рождественские украшения
и увидел, что дверь нараспашку.
Похоже, грабитель торопился.
- У кого есть доступ к этой комнате? - Только у меня.
- Это меня и насторожило.
- Полиция сказала, они вскрыли замок.
- Но это же полная чушь, да?
Вы совершили преступление, а затем написали ложное заявление.
- Простите? - Вы украли хладагент.
Эти зазубрины - такие получаются, когда вскрыть пытается дилетант.
Насечки на заготовке заточены, отмычка вставляется в замок,
по ней ударяют, в данном случае с избыточной силой,
но вам ведь нужно было доказательство преступления...
- У меня есть ключ. Зачем мне делать что-то подобное?
- Потому что у вас есть ключ, единственный ключ.
Нужно было альтернативное объяснение преступления.
В любом случае это замок с боковой фиксацией,
его нельзя так открыть.
Вы просто одурачили полицию.
- Вы заявили о краже 25-ти баков Р-22.
Цена каждого на черном рынке примерно 200 долларов.
Если мы поднимем ваши счета, мы не обнаружим там
загадочный взнос наличных в размере 4000 долларов?
- Я никого не убивал.
- Мы вас не обвиняем.
Мы хотим понять, не убийца ли ваш покупатель.
Ваша секретарша, Кимми, сказала,
что в утро кражи видела на парковке белый фургон.
Может, у вас есть что об этом рассказать?
- Его имени я не знаю.
Ни номера телефона, ни кредитки, ничего такого.
Сделка была наличными, как вы и сказали.
Он был немного старше меня,
высокий белый мужчина.
Просто пришел с улицы, сделал мне предложение.
- Это был его фургон? - Да.
Он хотел, чтобы я все доставил,
но я боялся, что это подстава,
и я сказал, что он должен сам забрать канистры.
Но он к тому моменту уже дал мне адрес.
У меня он где-то в кабинете записан.
- Адрес был в Бронксе? - Кстати говоря, да.
- Это определенно не тот автомобиль, в который врезалась Элли Ньюмайер.
Однако есть основания полагать, что его владелец - наш убийца.
- Я ничего не вижу. - В том-то и дело.
Ему семь лет, а он как новый.
Без номеров, без царапин, без пятен.
Следы клея на лобовом стекле говорят о том,
что недавно он продавался.
Он припаркован по адресу, который дал нам мистер Уайсмен.
Все говорит о том, что это спешная замена фургону,
в который прошлой ночью врезалась мисс Ньюмайер.
- Но что это за место? Ни знаков, ни вывесок.
Думаешь, он тут незаконно? - Сложно сказать.
Но ответы в наших руках.
- Погоди. Дай я позвоню капитану,
узнаю, достаточно ли этого для ордера.
- Сейчас 12 градусов.
Ты долго собираешься стоять и слушать, как внутри плачет младенец?
- Там нет никакого младенца. - Теперь я слышу даже двух.
- Никакой спешки, тут никого нет. Нет причин делать это незаконно.
- И ты вот так просто позволишь кому-то замерзнуть?
- Капитан, вы меня слышите?
Погоди, я попробую поймать связь.
- Шерлок?
- Я здесь! Меня непросто удивить.
Но, признаюсь, такого я не ожидал.
- Итак, Фолсом, Дженкинс, Динер,
Чой и семья Нардуччи.
Это все или еще есть?
- Вообще-то, тут, во Флашинге, еще десять,
в последнее время много работы.
- Скажите, мистер Мизраки,
когда ваша фирма по продлению жизни берет нового клиента,
вы ему объясняете, что его останки однажды окажутся в обычной морозилке?
- Вы их разве не в этих штуках должны хранить?
- Когда клиент "Крио Нью-Йорк" умирает,
его тело помещается в гликолевый раствор
и охлаждается до 77 градусов по Кельвину.
Это делается в одном из таких криостатов.
Цель этого - сделать невозможным старение клеток.
Это наше обязательство: сохранить тела наших клиентов,
пока нанотехнологии не позволят вернуть их к жизни.
- Ну, в вашей морозилке было холодно,
но все же не минус 196 градусов по Цельсию.
- Я признаю, наша новая практика может выглядеть не очень красиво.
У нас оказалось больше клиентов, чем мы можем принять,
но в настоящее время мы привлекаем инвестиции,
чтобы расти и догнать спрос.
- Ага. Другими словами,
когда умирает новый клиент,
вы выбрасываете старого в морозилку.
- Мы их меняем местами.
Но температура тел клиентов
поддерживается ниже порога,
который лидеры индустрии считают необходимым.
- А лидеры индустрии - это вы, да?
И вы их просто кладете в лед и надеетесь на лучшее?
- Нашей компании приходится быть экономной.
Мы инвестируем каждый наш доллар,
это далеко идущая стратегия,
чтобы обеспечить финансовую стабильность
на как можно более долгий срок.
На тысячу лет, если нужно.
- Это вы покупку краденого хладагента с катков называете инвестициями?
- Не трудитесь отрицать.
Гэри Уайсмен с катка "Пелхэм" вас уже опознал.
- Я ему предложил цену за холодильный агент.
Я не мог знать, что он не оговорил эту сделку с начальством.
Я не преступник, я просто покупатель.
- Ладно, мы тут не по поводу Р-22
или ненадлежащего хранения мертвых психов.
Элли Ньюмайер, убита две ночи назад,
после того как врезалась в один из ваших фургонов.
Возможно, она случайно увидела ваш жуткий лохотрон,
и вы решили убить свидетеля?
- Постойте, вы думаете, кто-то здесь... Нет, мы бы никогда.
Вы сказали, две ночи назад, да?
Две ночи назад нас ограбили.
Тот, кого вы ищете, украл наш фургон.
- И вы, конечно же, написали заявление в полицию?
- Нет, там все сложно.
Но, пожалуйста, поговорите с моими людьми.
Увидите, я говорю правду.
- Когда я вчера пришел, я увидел, что фургона нет.
Немного необычно, но время от времени он бывает
припаркован на еще другой территории.
- Все нормально, Скотт, они знают про Хантс Пойнт.
- Да, мистер Резник, говорите прямо.
Это позволит вам избежать обвинения в препятствовании следствию.
- Эй, я был за то, чтобы позвонить вам,
как только мы узнали обо всем, что случилось.
- И что же случилось?
- Кто-то проник в здание.
Я пришел рано, чтобы снять показания.
Я главный инженер, так что обычно я прихожу одним из первых.
Я увидел, что кто-то выломал дверь в главный офис,
видимо, чтобы взять ключи от фургона.
И тогда я понял, что нет мистера Салливана.
- Кто такой мистер Салливан?
- Джим Салливан, его поместили в шестой бак два месяца назад.
- Погодите, у вас украли тело, и вы об этом не заявили?
- Это случилось только вчера,
и, учитывая нашу новую практику с Хантс Пойнт,
был шанс, что мистера Салливана просто случайно туда отвезли.
Я счел разумным организовать поиски во всех наших зданиях...
- Вы сочли разумным не допускать полицию
до вашего сомнительного бизнеса.
- Я же стараюсь вам помочь.
- Лучше поздно, чем никогда.
- Если хотите, мы с Ватсон займемся этим подозрительным взломом,
а вы отвезете мистера Мизраки в участок.
Я бы только попросил, чтобы допрос мистера Резника отложили,
пока мы не закончим - нам может потребоваться его помощь.
- Я рассказал все, что знаю.
- Да, и это так интересно,
что наш отдел по мошенничеству тоже захочет услышать.
- Ну,
не покажете ли вы нам почти последнее пристанище
Джима Салливана?
- Ну? - Что ну?
Ты пошел пить кофе еще час назад.
- Я ходил пить кофе. Он мне не понравился. Как твои успехи?
- Ну, каким бы психом не был Мизраки, его слова подтверждаются.
- Неудивительно.
Он думал, полная откровенность в последний момент
может спасти его компанию.
Однако кража фургона выглядит как-то уж слишком для них удобно.
- В фирме "Крио" вели подробные записи о том,
когда тела перевозились из криостатов в Хантс Пойнт.
У них не было ничего запланировано на несколько дней до и после аварии.
- Если верить их записям.
Шарлатану не обязательно не верить вообще,
но его заявления должны проверяться с особой тщательностью.
- Все совпадает с показаниями температуры,
которые мы сняли с тел и криостатов.
Я не думаю, что фургон был там по делам фирмы.
- Допустим, ты права.
Напавший на Элли Ньюмайер ехал на украденном фургоне.
Помимо того, что это дает более точную ориентировку по фургону,
это говорит о том, что мы должны обратить свое внимание
на нераскрытое удушение Джима Салливана.
- Постой, так пропавший труп - жертва убийства?
- Задушен несколько месяцев назад.
Мы с детективом Беллом изучили детали дела.
Перепродажа трупов - дело не такое выгодное,
так что едва ли это простое совпадение,
что единственное на складе "Крио"
тело жертвы убийства стало предметом кражи.
- То есть кому-то сошло с рук убийство,
но он не удержался и вернулся за трофеем?
- Возможно, убийца счел, что из-за необычного захоронения
его жертвы были сохранены какие-то доказательства.
Возможно, он хотел осквернить труп.
Неважно, каков был мотив кражи,
я считаю, что раскрыть убийство Джима Салливана -
лучший способ раскрыть и убийство Элли Ньюмайер.
- Удушение - обычно преступление по страсти, так?
- Он был психиатром, убит в своем домашнем офисе.
Целыми днями копался в неудобных правдах
о самых скрытых тайнах своих пациентов,
так что мотивы в изобилии.
Однако у всех его пациентов твердые алиби.
- Больше всего здесь вещдоков.
Убийца оставил грязные следы 11-го размера в фойе,
прежде чем убить Салливана.
Судмедэксперт счел, что это работа сильного праворукого мужчины.
- Они, однако, в изобилии.
- Главным подозреваемым изначально был мужчина,
который обнаружил тело - Вэнс Форд.
- Он сказал, он в первый раз пришел на прием к Салливану,
но в записях последнего не нашлось
ничего подтверждающего, что была назначена встреча.
- По словам Форда, он застал окончание убийства,
но преступника ему догнать не удалось,
тот спасся бегством.
- Может, он ушел обратно в прошлое на своей машине времени?
- Как вы понимаете, тот факт, что никто больше не обратил внимания
на такого заметного персонажа, убегающего по улице, был странным.
Мистера Форда допрашивали три раза,
его показания были неизменны.
И надо сказать, мотива у него не было.
- В чем дело? - Странно, но...
Я как будто его где-то видела.
- Бывший возлюбленный? Не так уж странно.
- Может, мы учились вместе или что-то такое.
Может, он нам в каком-то деле попадался...
- После многих лет работы, многих подозреваемых
средний детектив имеет в памяти комбинации почти любых черт лица.
Дежавю может быть
естественным побочным эффектом.
- Так, мне надо вернуться к допросу Мизраки.
Можете покопаться в базе данных, если так ничего и не вспомните.
- Я думаю, нам лучше потратить время на беседу с мистером Фордом.
Кажется, у него мы скорее выясним что-нибудь
об этом таинственном незнакомце, не думаешь?
- Я собирался уходить, когда вы позвонили,
но я всегда рад помочь полиции. Присаживайтесь.
- Кажется, вам не очень просто стоять на ногах.
Я должен спросить, вы не попадали в последнее время в автоаварии?
- Я всю жизнь езжу только на метро.
Хромота - это просто... во сне ногу отлежал.
- Это будет случаться реже, когда прекратят облучение.
Я вижу, вы принимаете "Вориностат". Надеюсь, помогает.
- Рецидив острой миелоидной лейкемии. Прогнозы плохие.
Говорят, мне остался месяц, но...
Я собираюсь дотянуть хотя бы до Трибеки.
Я продюсирую фильмы. Наконец продвинул один на фестиваль.
- Я не собираюсь занимать ни ваше, ни наше время, так что буду прям.
Похоже, вы физически не способны были совершить преступление,
которое мы расследуем,
но полагаю, вы были в лучшей форме, когда был убит Джим Салливан.
- Наконец-то кто-то пришел и спросил прямо.
Я знаю, меня подозревали: они все приходили
и спрашивали, что я там делал.
Наверное, мне следовало признаться, но тогда еще никто не знал.
Мой онколог сказал, мне надо с кем-то поговорить...
...ну, о смерти. Смешно, да?
Так или иначе, я его нашел в Интернете, мы назначили встречу.
Видимо, он просто неряшливо вел записи.
- То есть вы так и не встретились.
- Отсюда вопрос: зачем мне было его убивать?
Я и не убивал. Я бы вам признался.
Я, знаете, не боюсь пожизненного заключения.
- Мужчина, которого вы видели убегающим...
- Они составили портрет. - Вы нам окажете большую услугу,
если еще раз опишете то, что видели.
И, пожалуйста, не упускайте деталей.
Никогда не знаешь, что может оказаться важным.
- Я шел по улице, как раз когда он выходил из двери доктора Салливана.
Когда он меня увидел, он побежал.
У него была борода, такая каштановая,
и ковбойская шляпа.
Почти уверен, что у него над глазом был шрам.
Вот и все.
- Вы бы ничего не поменяли в портрете?
- Я спросил того парня, художника, не пишет ли он на заказ.
Он отлично справился.
- Ты накурилась? - Орен, успокойся.
- Успокоиться? Ты меня только что обвинила в супружеской измене.
- Я тебя ни в чем не обвиняла, я просто говорю, что показалось маме.
- Значит, у нее плохо со зрением. Или она накурилась.
- Она была уверена.
- Она ничего не видела. Видеть было нечего.
Я тебе скажу, что это было. Это месть.
Я впал в немилость с тех пор, как отец ей изменил.
Я не кричал о том, какой он подлец, и она подумала, что я на его стороне.
- Я не думаю, что это так.
- Тебя тут просто не было на прошлой неделе.
Она могла это сделать просто потому, что я забыл дать ей свежее полотенце.
Она ненормальная. - Давай посмотрим так:
это то, что она думает, что видела. - Нет.
Мне пора. Гэбриел звонит.
И ей эту фигню рассказывать не надо, ясно?
- Ясно.
СЛУШАЕТ ЗАПИСЬ: "Его борода, она была каштановая.
И у него была такая ковбойская шляпа с полями.
Я почти уверен, что у него над глазом был шрам".
- 81 процент вероятности, что Вэнс Форд лжет
о своей роли в убийстве Джима Салливана.
- Ты записывал встречу? - Нет.
Ты только что слышала запись второго из трех допросов
мистера Форда, проведенных полицией.
Оно звучит похоже на сегодняшнюю беседу,
потому что он придерживался первоначального описания.
Между его показаниями нет буквально никакой разницы.
Его история никогда не меняется. Значит, он лжет.
- Но если бы он говорил правду, почему она должна меняться?
- Наша сегодняшняя встреча напомнила мне
о недавнем исследовании в психологии.
Они выяснили, что подсчет уникальных слов,
используемых свидетелями, - очень точный способ определить ложь.
Лжецы придерживаются упрощенных историй.
Они не отклоняются от языкового материала,
который использовали в своем первоначальном рассказе.
Они используют мало слов, особенно таких,
которые обращаются к памяти ощущений.
- Потому что к памяти они не обращаются.
- В органах столько ресурсов пускают на то, чтобы изучать мимику
и совершенствовать детекторы лжи,
но как бы они ни старались анализировать движения лица или пульс,
результат выходит не точнее, чем если подбросить монетку.
Подсчет уникальных слов, возможно, является лучшим способом
обнаружить лжецов - таких, как мистер Форд.
И это совершенно бесплатно.
Значимое развитие в нашем деле
и революционный прорыв в нашей области.
А тебе как будто скучно.
- Я отвлеклась.
Я только что звонила Орену. Он все отрицает.
И он использовал очень много слов, если тебе интересно.
И, думаю, был готов использовать еще больше, чтобы описать нашу мать.
- Ты ему веришь?
- Как ты и говорил, он не из тех, кто изменяет.
- И эти другие слова, которыми он бы ее описал,
там было бы слово "забывчивая"? - Ты это к чему?
- Когда я прошлым летом был в Лондоне, она дважды мне звонила.
В первый раз она пыталась выяснить, где ты.
Она была не в курсе, что я больше не в Штатах.
Второй звонок был неделю спустя.
И еще прежде, чем задать вопрос, она сказала,
что совсем забыла о моем отъезде.
Я полагал, что ты ей просто не сказала
и что она забыла только единожды.
- Да нет, я сказала ей о твоем отъезде сразу, как ты уехал.
- Твоей матери уже под семьдесят, так?
- Да, 68. Все же рановато для Альцгеймера или слабоумия,
если ты об этом.
- Общее снижение когнитивных способностей
в этом возрасте уже возможно. Может изменять память.
Это не обязательно что-то хроническое,
но... могло бы объяснить ее ошибку с Ореном.
- Нет, она была уверена. И ты знаешь, какая она. Она...
- Она всегда начеку. Она твоя мать.
Я не говорю, что ее одолевают фантазии.
Но она могла переместить Орена в воспоминание о ком-то еще,
целующем блондинку.
ЗВОНИТ МОБИЛЬНЫЙ
Детектив. - Эй, ребята,
вы ведь днем ездили к Вэнсу Форду, да?
Вы ничего подозрительного там не видели?
- Нет, но зато мы слышали много весьма подозрительных вещей.
Он травил слишком избитую байку про бородатого ковбоя-убийцу.
- Надеюсь, вы получили хорошее описание.
Похоже, наш преступник нанес новый удар.
Вэнса Форда задушили.
Один в один, как в случае Джима Салливана.
- Джим Салливан. Вэнс Форд.
Может, сделать на фотографиях наклейки, чтобы не путать?
- Дом Салливана в стиле французского колониализма,
жилище Форда - подростковый алтарь популярной культуры.
- Я просто хотел сказать,
что между этими преступлениями много общего.
Не так часто людей душат голыми руками.
- Никакого взлома, ни доказательств того, что была борьба.
Похоже, на обоих неожиданно напал кто-то, кого они знали.
- Одно заметное различие: сцена убийства Форда чиста,
в то время как убийца Салливана везде наследил своими грязными ботинками.
- Может, он учится на своих ошибках.
- Я просто хотел сказать,
что нельзя отметать возможность того, что это работа двух разных убийц.
- Но если это не так,
то Форд только что доказал, что невиновен в убийстве Салливана,
худшим из возможных способов. ЗВУК ВХОДЯЩЕГО СООБЩЕНИЯ
Джоан сегодня не будет?
- У нее семейные дела, она скоро к нам присоединится.
- Скажи ей, что мы, видимо, будем не здесь.
Наши ребята круглосуточно дежурят возле "Крио",
там вызвали службу спасения.
Кто-то вломился в склеп и вырубил одного из инженеров.
- Кажется, пора подумать
о камерах слежения и новых замках, мистер Резник.
- Мы видели, как уезжала скорая.
Парень, которого ударили, он будет в порядке?
- Райан Ли. Да, мой напарник с ним поехал.
Он пришел в сознание, думаю, он в состоянии давать показания.
- Когда мы вчера уезжали,
это место было опечатано как сцена преступления.
Сегодня вы снова здесь как ни в чем не бывало?
- Адвокаты это уладили.
Кто-то должен следить за оборудованием.
Мы с Райаном утром пришли, чтобы проверить приборы,
убедиться, что полицейские тут ничего не нарушили.
Внезапно мы услышали шум позади этого бака.
- Кто-то был возле бака,
в котором раньше находился Джим Салливан?
- Мы подошли проверить,
и этот парень выскочил на нас буквально из ниоткуда
и ударил Райана по голове.
Разводным ключом. Я думал, он его убьет.
- Что было дальше? - Я толкнул его,
он замахнулся на меня, но промазал.
Он попал по криостату, вот.
Потом он побежал, выбежал через пожарный выход.
- Он вас поцарапал, какие-то еще отметины?
Но вы его рассмотрели? - Мы оба.
Белый мужчина, на вид под сорок.
Клочковатая каштановая борода.
И я не уверен, потому что на нем была эта дурацкая шляпа,
но, кажется, у него над глазом был шрам. Вот здесь.
- Его приятель был еще не в себе, но он нам дал такое же описание,
прежде чем отправиться в больницу.
- Это он. Вы знаете, кто он?
- Мы знакомы с его работой.
- Только не подумай, что я тебе мщу за твое опоздание в понедельник.
Кабельное отключилось, а их поддержка - сущий кошмар.
Пришлось ждать. Извини. Ты бы заказала без меня.
- Да ничего страшного.
- Все в порядке? Ты говорила с Ореном?
- Говорила, он все отрицает. Говорит, что такого не было.
- Ну, этого следовало ожидать.
Совершенно не понимаю, что с этим делать.
Просто руки опускаются.
- Я должна спросить. Ты уверена, что видела именно Орена?
- Что ты хочешь сказать? Конечно.
- Извините, нам нужно еще подумать.
Спасибо.
- Если ты считаешь, что сделала все возможное,
значит, это так и есть.
Спасибо за попытку.
- Что ты в прошлый раз заказывала? Выглядело неплохо.
- Ты меня проверяешь. - Что?
- Я так же делала со своей матерью.
Ты не веришь мне насчет Орена. Думаешь, я перепутала.
Ты не права. Ты больше не врач, а я не твой пациент.
- Да, я больше не врач, но мне кажется,
тебе стоило бы показаться врачу. Он может провести простые тесты...
- Это даже не обсуждается.
- Я говорила с папой. Он сказал, ты не любишь говорить об этом,
но ты стала забывать, куда что положила.
- Ключи. Один раз.
- Он сказал, что это серьезно.
- Это смешно.
У него провалы в памяти бывают чаще.
И у тебя когда-нибудь будут. Это со всеми случается.
Это не значит, что мне нельзя верить,
когда я говорю, что мой сын изменяет своей жене.
- Мам... - Хватит.
Я не собираюсь терпеть твои нападки. - Мам, пожалуйста, я...
- Интересно, что бы сказал психиатр
по поводу желания превратить лицо преступника в свое собственное.
- Могу предположить.
Так ребята из "Крио" не смогли ничего добавить к портрету?
- Учитывая, как плодотворен был наш товарищ в последние два дня,
не говоря о последних месяцах,
я бы предположил, что у него уже были приводы.
Но если у него есть судимости, я этого обнаружить не смог.
Даже варьируя его черты, я не смог найти в базе департамента
полиции Нью-Йорка никаких совпадений.
- Вчера ты думал, что Вэнс Форд лжет про этого человека.
- Сегодня Вэнс Форд мертв.
И если ты помнишь, я говорил о 81 проценте вероятности,
то есть есть 19-процентный шанс, что он говорил правду.
- Все-таки что-то есть знакомое...
- Если бы ребята из "Крио" не были так уверены,
я бы сказал, что твое сознание играет с тобой.
- Что же, вероятно.
Очень удачная мысль.
- Не вышло поговорить с матерью, да?
- Ну, чему тут удивляться, я это видела с пациентами.
Психическое здоровье - скользкая тема.
Знаешь, эти семьи, где люди воюют друг с другом,
пытаясь убедить своих близких принять помощь. Я так не хочу.
- Твой отчим наверняка может убедить ее сходить к врачу.
- Один раз ему удалось убедить мою мать
заказать к пицце хлебные палочки.
Мы тогда смотрели новую серию "МЭШ".
Еще есть мой брат, которого она бесит
и который в 500 милях отсюда. ЗВУК ВХОДЯЩЕГО СООБЩЕНИЯ
Так что я тут в полном одиночестве. - Извини.
Нас радушно приглашают
ознакомиться с результатами вскрытия Вэнса Форда.
Если ты все еще в настроении погрузиться в работу.
- Я уже использовал цианоакрилат, который вы так любите.
На шее отпечатков нет.
Однако я могу ответить на вопрос, который вы задавали.
Этот парень не мог убить Элли Ньюмайер.
- Да, мы так и подумали, когда его увидели.
- И оказались правы.
Лейкемия убила бы его очень скоро, если бы его не задушили.
Такие анализы крови встретишь разве что в научных исследованиях.
Уровень лейкоцитов 312.
- Ага. Кожа истончается, сосуды ослабевают.
Это объясняет, почему такие синяки.
- Некоторые - объясняет.
- Вы тоже ноги заметили, да?
Я подумал, может, это такие странные трупные пятна,
но помощник следователя клянется, что его везли аккуратно.
- На самом деле объяснение куда проще.
Этот человек все-таки лжец и убийца.
- Так вы утверждаете, что Вэнс Форд не только убил Джима Салливана
два месяца назад, но и украл его ботинки?
- И так ушел от правосудия.
Вы помните, убийца оставил в доме Салливана следы ботинок 11-го размера.
- Может, Форд торопился, потому что соседи слышали борьбу,
а может, он боялся что-то пропустить, если станет убираться на месте.
Однако он нашел возможность.
Он надел ботинки Салливана, размером поменьше,
а затем разыграл обнаружение тела.
- Эти ботинки 11-го размера мы нашли
у Форда дома, там их целый шкаф.
Когда мы с ним встречались, на нем были эти мокасины 9-го размера.
Я их запомнил, когда обратил внимание на его хромоту.
Слишком солидная обувь для такого вечного подростка.
Но в гардеробе мертвеца особо не разживешься.
- Мы думаем, Форд надевал эти мокасины каждый раз,
когда встречался с полицией.
Эти синяки - цена, которую он платил за убедительность своей истории.
- Может, да. Может, нет. Его мы спросить об этом не сможем.
- Нет нужды. Кажется, мы нашли его мотив.
Что может заставить умирающего от лейкемии человека
убить совершенного незнакомца?
- У нас возникла догадка, и мы попросили в лаборатории
проверить их ДНК.
Салливан подходил Форду как донор костного мозга.
- Он дважды менял имена,
но нам все же удалось раскопать в канцелярии нужное.
Они двоюродные братья.
- Две части семьи недолюбливают друг друга.
Салливан не хочет проходить
болезненную процедуру забора костного мозга,
но Форд не приемлет отказа.
- Это было преступление по страсти, как и сказала Ватсон.
Затем состояние Форда продолжает ухудшаться.
Все потеряно, но вдруг он узнает, что его жертва захоронена
в фирме "Крио".
- Костный мозг и стволовые клетки все это время были заморожены.
- Так вы думаете, Форд стоял и за кражей из фирмы "Крио"?
- Да, но совершить ее он бы не смог.
Ему бы понадобилась помощь, чтобы вытащить тело из криостата,
а также специалист для забора костного мозга.
- Наш друг в ковбойской шляпе.
- Теперь я уверен, что его не существует.
Форд его придумал. - Тогда кто?
- Два инженера из фирмы "Крио".
Те, что утверждают, будто этот человек на них напал.
Форд заплатил им за извлечение костного мозга.
Один из них или они оба попали в аварию с Элли Ньюмайер той ночью.
Ей пришлось умереть.
- Мы думаем, они боялись, что Форд перед смертью захочет
очистить совесть, так что решили прикончить его раньше.
- А потом они все свалили на вымышленного Фордом парня,
чтобы мы гонялись за призраком.
- Все это интересно.
Но ордера нам так не выдадут.
Разве что кто-то из инженеров добровольно сознается.
- О господи, я вспомнила, кто он. Этот ковбой.
- Мне казалось, твой партнер только что сказал,
что Форд его выдумал. - Ты был не прав, он существует.
Ну, как бы.
И я думаю, он может нам помочь.
- Господи.
- Теперь вы видите, что мы правда напали на след.
Наши коллеги в больнице беседуют с мистером Ли,
но мы надеемся, вы сможете его опознать.
Его показания будут не такими убедительными для суда
из-за его сотрясения.
- Ну, наверное, можно много на кого надеть такую шляпу,
приклеить бороду,
но все дело в глазах.
Никогда не забуду его взгляда, когда он пошел на Райана
с ключом в руке.
Это он.
- Вы абсолютно уверены? - Сто процентов.
А что?
- Вы только что опознали человека по имени Джон Рейнольдс, он актер.
Это не снимок из базы, это кадр из фильма.
"Манос: Руки судьбы".
Он играл персонажа по имени Торго.
- Что?
- Возможно, "Манос" - худший фильм на свете,
так что, разумеется, он был культовым.
Мой брат от него фанател. Он был киноманом.
Когда мы были дома у вашего приятеля,
я заметила, что он тоже любит малобюджетные фильмы.
- О чем вы?
Какого еще друга? - Вэнса Форда.
Человек, на которого вы только что повесили свое преступление,
умер в 1966 году.
- Когда Форда попросили описать убийцу Салливана,
он выбрал лицо, которое хорошо знал.
Хорошая стратегия для лжи,
помогает быть убедительным.
- Вы любезно разрешили нам записать этот разговор.
Мы уверены, этого будет достаточно,
чтобы получить ордер на обыск вашего дома и дома мистера Ли.
Возможно, мы найдем деньги, которые заплатил вам Форд.
Может, мы даже найдем останки мистера Салливана.
Их ведь еще не нашли.
- Вы сошли с ума.
- Вы двое разыграли второе проникновение в "Крио"
после того, как убили Форда.
Уж не знаю, как вы определяли, кто кого будет бить ключом,
но раз ваш приятель лежит в больнице, значит, вы будете поумнее него.
- Вот интересно, когда наши коллеги расскажут ему
правду о человеке с портрета,
когда ему объяснят, что первый из вас, кто даст показания против другого,
сможет заключить сделку с прокурором,
как вы думаете, он будет говорить по сценарию
или будет спасать свою шкуру?
- Подумайте, мистер Резник. Мы скоро вернемся.
- Не выключайте.
Я еще хочу вам рассказать.
- Ты мне писал?
- Ходила по магазинам?
- Примирительный подарок для мамы.
Если она возьмет трубку, я попытаюсь снова с ней поговорить.
И я подумала, ложка меда...
- Мне всегда больше нравился метод кнута.
Но как знаешь.
Она как раз скоро придет. - Что?
- Ты ошибалась, Ватсон.
В желании помочь своей матери ты не одна.
Твоя семья больше, чем ты думаешь.
В любом случае я не хочу, чтобы ты отвлекалась от работы.
- Очень эгоистичная формулировка для такого благородного порыва.
А как же разрезание пуповины?
- Мне нравится Мэри.
- Это прекрасно, но ты не знаешь ее так, как я.
То есть она станет просто так...
- Мэри!
Веди себя естественно. Мы ее ведем к одному моему знакомому
в Сейнт-Бидс. - Какому знакомому?
- Неврологу. - А она в курсе?
- Ну, разумеется. - Но как тебе удалось ее...
- Я ей позвонил и убедил ее в том,
что она недавно забыла о твоем дне рождения.
- Но это не так, она же подарила мне тот шарф, что ты испортил.
- А я убедил ее, что все иначе.
Это было непросто.
Но, в конце концов, к ее же благу, я победил.
- Вообще-то это жестоко.
- Кнут, Ватсон.
У нас в семье принято так.
- Привет, мам.
синхронизация субтитров - qqss44